— Не страшно, — махнул рукой отец. — Я сам за штурвал сяду. Два года контракта с ВВС в свое время.
Князь поправил фиксатор сломанной руки и кивнул.
Когда мы шли к глайдеру, я пытался вспомнить, умеет ли отец их водить. Да, с машиной он справлялся отлично — но она-то ездит по земле… Не знаю, почему князь Куртымов с таким спокойствием отпустил с нами Ника. И какое значение может иметь контракт с ВВС? Я тогда был маленьким, но все равно помнил, что отец заключил его с базой ВВС неподалеку на поставку очищенной воды. Все шло, в общем, неплохо, пока дядя Себастьян не увидел квартальный счет за воду — оказалось, отец подключился к трубе под его домом. Да и с базы пошли жалобы. В результате отец ловко провернул расторжение контракта по форс-мажору, да так, что еще получил частичную компенсацию.
— Ма, ты полетишь с нами? — спросил отец, подойдя к Железной Ти.
— Спрашиваешь, — хмыкнула она и забравшись на свою гравиплатформу, полетела к глайдеру.
Не успели мы забраться внутрь, как к нам подбежала девочка — та самая, что пела песню на День Гагарина. Честное слово, она словно не бежала, а парила в воздухе, а позади у нее развевался зеленый плащ.
— Флаг, флаг возьмите, — крикнула она, добежав до нас, и протянула обгоревшее, потрепанное зеленое полотнище.
— Хорошо, Nastyush, — кивнул Ник. — Беги обратно — дома встретимся, sestrenka.
Она улыбнулась так, что в сердце все сжалось, и побежала обратно в сторону людей князя.
— В смысле «дома»? — не понял я. — Ты её знаешь?
— Ты чего, Марти?! Ты столько раз бывал у нас — и не замечал мою сестру? Ты даже после праздника шахтеров меня спрашивал о ней.
— Да ладно?! Серьезно?
Кажется, Ник меня обманывал. Ну не мог я вот так не замечать этого ангела во плоти. Не мог…
— А что? Понравилась? — перебил мои мысли Ник.
— Чего? Тоже мне, — кровь прилила к лицу и стало жарко. — Как ты мог такое подумать?! Еще друг, называется…
— Залезайте, и полетели уже, — сказал отец из кабины.
— В дороге наговоритесь, — проворчала Железная Ти.
Мы забрались внутрь, дверь захлопнулась и к моему удивлению, отец поднял глайдер в воздух довольно легко.
Не пяти минут, как Ти захрапела. Я продержался чуть дольше, но тоже провалился в сон. Разбудил меня удар в бок.
— Проснись, Марти, — прошептал Ник.
Не сразу поняв, где нахожусь, я открыл глаза. Но заметив над центральной панелью глайдеру голограмму, где стояли оба Риттера, сразу взбодрился.
— Мы проиграть, — произнес Рудольф Риттер. — Мы переносить наш сектор отсюда и выходить из Союз.
— А вы сдохните! Alles! — замахал руками его брат. В его взгляде было столько презрения и ненависти, что было удивительно, как все это помещается в таком тщедушном теле. — Без Ресурс вы — никто. Bastarde!
— Заткнись, dummkopf!
Голограмма над приборной панелью глайдера исчезла.
— Похоже, транслировали по приоритетному каналу. — сказал Ник. — Это увидят везде.
— И на центральной площади, у здания Совета — тоже, — задумчиво произнес отец, держась за штурвал глайдера. — Что-то мы не додумали.
— И что будем делать? — заволновался я. Очень хотелось чем-то помочь отцу, но было совершенно не ясно, чем и как.
— Похоже, они просто хотят хлопнуть дверью. Не умеют проигрывать, — пожал плечами отец. Но я видел, что ему и Нику все равно неспокойно.
— А я всегда говорила, что они те еще… — выругалась Железная Ти, которая тоже проснулась. — Подвесить бы их за ноги, и…
— Ма! — прервал её отец.
Бабушка нахмурилась, но притихла, бормоча ещё что-то себе под нос.
— Ник, передатчик у тебя? — вдруг вспомнил я, что друг забирал его из места, где нас держали в плену.
Он похлопал по карманам и вытащил небольшое устройство.
— Вот.
— Вызывай, вызывай скорее! — крикнул я.
— Да тут заряда всего ничего…
— Все равно!
Отец нахмурился, ничего не понимая, но когда из передатчика вдруг послышался знакомый голос, у него глаза полезли на лоб.
— Что за самодеятельность?! — прорычал «пиджак», услышав наш краткий рассказ о выступлении Риттеров. — Когда они успели все провернуть? — в его голосе слышалась непривычные гнев и растерянность. Он не знал! Значит Конкордия все-таки не всесильна, не может все спланировать? — Вот твари! Решили мне отомстить. Значит, второе месторождение — это правда.
Дальше началось что-то неразборчивое, но уже через несколько секунд «пиджак» успокоился:
— Мне не успеть расконсервировать дроны с орбиты. К наземным силам доступа нет. Быстрый просчет сценариев показал: вероятнее всего, они заминировали шахту. У поселка наблюдается активность дронов.
— Как они могут взорвать шахту? — спросил отец. — И, если даже смогут, что с того.
— Ну-у-у… им продан ядерный заряд средней мощности…
Дальнейшую речь оборвала тирада отменной брани. Это ругалась бабушка. Такой отборной и сложной ругани я не слышал ещё ни разу, а Ник вообще покраснел и отвернулся в сторону.
— … есть и плюсы. Скорее всего, они активируют его не раньше момента, когда прилетят в Мидгард. Два часа у вас есть. Необхо…
На этой фразе передатчик умолк и ни на что не реагировал.
— Село питание, — вздохнул Ник.
