Много позже я пытался в деталях вспомнить эти события. Мало кто верил, что Железная Ти сбивала дроны и прыгала, словно олимпийский чемпион. Но я полностью уверен, что именно так всё и было… во всяком случае, так я это запомнил.
В конце концов мы пробрались через лес, но когда вышли из него, то увидели: вход в шахту тоже охраняют дроны. Правда, они не перемещались и вообще не шевелились, а просто висели в воздухе.
— Может, они сломались? — предположил Ник.
— Ага, конечно! Проверить не вздумай, — одернул его я. — Слушай, есть идея. Давай-ка туда, — и мы двинулись в сторону штаба Лосева.
Рядом с этим зданием дронов заметно не было. Но когда мы оказались уже почти у штаба, сзади раздалось:
— На колени, руки за голову.
— Бежим! — крикнул Ник и припустил так, что в этот раз я его едва догнал у самой двери штаба.
Этот дрон уже начал отсчет, и стоило только нам забежать внутрь и рвануть вправо по коридору, как дверь снесло выстрелом. Мы аж упали на пол. Потом, похоже, подлетели еще дроны, потому что плотность огня возросла. Через зажатые руками уши слышались выстрелы. Пол дрожал. Я кое-как обернулся и замер от ужаса. Часть дома позади изрешетили напрочь. Сквозь дым просвечивали лучи солнца.
Ник дернул меня за руку и потащил. Не в силах прийти в себя от грохота и шума, я сперва даже не понял, что происходит. Он же полз на корточках по полу, таща меня за собой.
Впереди нас разлетались части стен: плотность огня ощутимо выросла. Главное — лишь бы не повредили лифт! Еще немного, еще. В дверях уже было несколько дыр, но они открылись. Мы заползли внутрь.
Нажать на сенсорную кнопку, протянуться. Страшно! Лифт дернулся пару раз от прямых попаданий. И мы с Ником одновременно нажали на кнопку. Одна дверь закрылась, вторая после нескольких попаданий прогнулась, но лифт все-таки тронулся вниз.
В этот раз, кажется, мы опускались дольше. Но с каждым мгновением шум стрельбы затихал. Лифт всё время вздрагивал, как будто был ранен — но вот, наконец, он остановился, и мы выползли в тишину пещеры.
— Уф, удалось оторваться, — попытался улыбнуться Ник.
— Да уж! Если я все же стану президентом — точно запрещу этих роботов и дронов!
Не успел я договорить, как что-то зашумело, надрывно лопнуло — и через мгновение лифт сплющило чем-то, упавшим сверху. Из лифтовой шахты вырвалось облако противной пыли, от которой мы сразу ослепли и закашлялись — но через какое-то время, прочистив лёгкие, упрямо пошли по прорубленному в скале коридору.
— Теперь наверх не выбраться. Только ждать, пока дронов обезвредят, — сказал я.
— Это если мы заряд обезвредим, — тихо ответил Ник, и стер со лба пот. — Смотри…
Он показал мне руку. Браслет всё ещё облегал её… но выглядел как-то иначе. Его чёрно-золотая поверхность потускнела, и в одном месте её пересекала трещина — след удара, падения, или даже…
— Видимо, одна из пуль… — объяснил Ник. — В конце концов, он же был не бронированный… — он беспомощно посмотрел на меня. — Как же мы теперь…
— Справимся! — ободрил его я. — Справимся и без браслета! Ты ведь во всем разбираешься…
— Марти, — взял меня за руку Ник, — я никогда, никогда не оказывался рядом с ядерным зарядом. Тем более, никогда не обезвреживал бомбы. Вдобавок еще без всякого инструмента.
Лицо у Ника было очень серьезным, но грязным. Как и он весь. Поэтому выглядело это все довольно забавно. Я не выдержал и улыбнулся.
— Не переживай. Мы что-нибудь придумаем.
Пройдя еще немного, мы вышли в подземный зал. Фонари в нем все так же горели, вот только теперь по центру на той самой возвышенности лежал прямоугольный контейнер с датчиками.
— Вот и он. Пойдем скорей! — сказал я и побежал прямиком к контейнеру.
Самое интересное, что мне было совсем не страшно. Там, наверху, под пулеметным огнем хотелось сжаться в комок. А вот рядом со здоровенным контейнером, выше меня, в котором скрывалась такая мощь, что и представить сложно, страх пропал. Ну, очередная металлическая коробка. Да и ладно.
— Ну что? — спросил я Ника, когда тот завершил обход и осмотр контейнера.
— Да вот ничего, — вздохнул он. — Не понимаю даже, с чего начать. Я без понятия, как эта штука открывается и что с ней делать.
— Провод там перерезать. Красный или черный. Шанс, если даже не знаешь какой, все равно высокий.
— Марти! Здесь нет никаких проводов, никаких волшебных кнопок, таймера или волшебного замочка с ключом. Ничего! Я ничего не могу, понимаешь? Можно поискать инструмент, чтобы попробовать разобрать этот ящик, но скорее всего мы не успеем.
Похоже, что Ник совсем не шутил. Он уселся на пол пещеры, положил голову на колени и обхватил руками. И вот тут-то мне стало страшно. Да так, что в горле комок застрял, а левая нога вдруг задергалась.
— То есть мы ничего не можем?
Ник сидел и ничего не отвечал. Он только слегка покачивался, словно вошел в транс. Точь-в-точь, как те люди рядом со зданием Совета, которые после сражения казались совершенно потерянными.
