До описываемых событий Игорь не особо смотрел в сторону Анзура. Ну, докапываются до того, – то рюкзак уволокут и вымажут в говне, то в обед харкнут, то пнут сзади, то подножку подставят на физре, то спецом запорят домашнее задание, намалевав в тетрадке,– ну и ладно. Прямо скажем, не до Игоря же докапываются, так что его проблемы. Такой же политики придерживались остальные, за исключением Марты Точилиной. Марту уважали за ее музыкальный кругозор, прикалывались за спиной над ее готическим прикидом и все поголовно побаивались, потому что у Марты были странные знакомства. Несколько раз она приезжала в школу с байкерами. Пару раз – на машине с мигалками. Сама Марта не отсвечивала в школе, своей группировки не имела, в разборки не лезла, с учителями не пререкалась, училась средне. Пальцы никогда не гнула и кошельком не трясла, как, к примеру, Саня Никитин, мажор, хотя деньги в семье Точилиных явно водились, и немалые. На уроках Марта больше залипала на окно, чем на доску. Она была единственной, кто не стремался заступиться за Анзура. Но помощи в этом было мало.
Так бы все, наверное, и тянулось до девятого класса. После девятого Анзур гарантированно сбежал бы из школы (если бы еще раньше не пришел туда с обрезом). Быть может, впоследствии он бы раскрутился в торговле и нанял бы на работу бывших обидчиков. Или где-нибудь на улице, гуляя ночью с подвыпившими дружками-соплеменниками, наткнулся бы на вчерашних преследователей и почикал ножиком, после чего отправился бы в долгий отпуск. Но это вряд ли. Скорей всего, Анзур просто вычеркнул бы их всех из своей памяти, и ему не нужно было бы для этого переезжать в другой город, крошить мосты и рвать фотографии, хлопать дверями и запутывать следы, мечась из комнаты в комнату. Ведь, несмотря на затюканный вид и чуркобесовскую репутацию, Анзур оставался мужчиной, единственным мужчиной в классе, и Марта Точилина это понимала, а позже стал понимать и Игорь. Быть может, это было неправильно, взваливать на себя обязанность быть мужчиной в таком юном возрасте, в этих школьных казематах, с их воровскими законами и бандитскими понятиями, но так уж случилось. Так случилось, и это привело к тому, к чему привело. В шестом классе Димон Шиляев, окончательно поверив в себя, перегнул палку.
Перегнул не в школе, что спасло и его, и школу, оказав решающее влияние на последующие разбирательства. На улице. Приятно думать о мести, совершенной в подворотне, однако жизнь есть жизнь: это именно Кореянин с дружками наткнулся как-то ввечеру на Анзура, одиноко возвращающегося домой Анзура, и упырьки немедленно решили устроить чуркобесу темную. Они завели Анзура за гаражи, отняли у того рюкзак, забросили рюкзак в лужу. Потом почёкали немного для острастки, после чего отправили в лужу уже самого Анзура. Лицом вниз.
Анзур сопротивлялся. Они заставляли парня пить из лужи, Анзур не пил из лужи. Вдобавок он оказался неожиданно крепким, так что попытки пригнуть его к луже за шею результата не дали. Тогда упырьки не стали мудрствовать, а просто перешли к молотилову. Били прямо в луже, от чего и сами тоже вымазались, но их грязнота рядом не стояла с тем зрелищем, в которое они превратили Анзура. Под конец избиения он уже ничем не походил на человека, а скорее напоминал половую тряпку, которой уборщица моет в школе полы в особенно слякотный день. Напоследок Кореянин, желая отличиться, попрыгал у Анзура на голове, оступился, сам же шмякнулся в лужу, психанул и нанес со злости еще несколько завершающих ударов уже бесчувственному пареньку. Чтоб знал. Когда уходили, Анзур лежал на боку, свернувшись личинкой, с закрытыми глазами и открытым ртом, наполовину в луже, так что в его рот затекала грязь. Эту картину назавтра могли лицезреть все, кто был зареган в Двадцатке, а днем позже – во всех имиджбордах и соцсетях страны. Потому как упырьки, как водится, записали подвиги на смарт, и тем же вечером выставили в Двадцатке. Дебилы.
Анзур Атоев угодил в больницу с сильнейшим сотрясением мозга, переломом руки и двух ребер. Теперь произошедшее уже невозможно было утаить от кого бы то ни было, к тому же малолетние уроды постарались помочь следствию и обнародовали компромат на самих себя. Видео вызвало резко негативную реакцию почти всех, исключая особо отмороженных кащенитов, типа Макса Сапожникова. Позже, скумекав, ушлепки удалили видос, однако поздно – копии расползлись по всему интернету. Следственный комитет организовал проверку по факту, люди в форме нагрянули прямо в школу, посыпались звонки из газет и от общественных организаций. Школу посетили родители Анзура Атоева.
