– Что, опять?! – протянул проснувшийся Ранд и накрыл голову одеялом: – Меня здесь нет! Только глаза закрыл...
С кряхтением спустила на пол старший из гладиров и, присев на корточки рядом с Умой, снял со спящего капюшон его плаща.
– Ба!.. – изумлённо вскинул брови Нэрд. – Это же Хельг! Плохо дело.
Тут выпрямился и молчаливый Брак. Судя по всему, он спал очень крепко, и теперь напряжённо щурился, чтобы держать глаза открытыми.
– И до двора добрались, – покачала головой Лина.
– А что с ним не так? – спросил Ума. Ответил ему Нэрд:
– Он – один из самых близких королю гладиров. А с недавних пор – главный советник по вопоросам межнационального взаимодействия.
– Если они добрались до короля, – вынырнул из-под одеяла Ранд, – не трудно догадаться, что задумал Прокурор.
– У них ничего не получится, – возразила Лина. – Вокруг короля много гладиров, в том числе и среди дворцовой стражи.
– Наш король молод! – отрезал Нэрд, и мне показалось, что в его голосе проскользнули нотки отчаяния. – Молод и очень самонадеян.
Он принялся осматривать Хельга, а остальные расселись вокруг. Кто на полу, подложив под себя несколько газет для тепла, кто на импровизированные стулья. Наконец, он тяжело вздохнул и поднял глаза на биолога:
– Здравствуй, Гардо. Давненько мы с тобой не встречались.
Ума поднял на Нэрда глаза и застыл с приоткрытым ртом. Несколько мгновений они так и смотрели друг на друга: один в изумлении, второй – с усмешкой.
– Не совсем уверен, – сказал Ума. – Может ли быть... дядя Як?
– Зачем же так официально, – отмахнулся старший и встал, с трудом разгибая затёкшую спину. – Зови меня по имени: Нэрд. Сколько тебе уже? Восемнадцать? Девятнадцать?
– Двадцать один, – поправил его беловолосый, и я едва спохватилась, чтобы подобрать челюсть.
Тогда, на карнавале мне казалось, что ему... больше! Двадцать семь или даже тридцать. Объём его знаний, владение магией были настолько глубоки, что я не могла даже допустить разницу между нами в какие полтора-два года.
Прикусила губу. Если подумать, я ведь о нём вообще ничего не знаю. И чем дальше, тем больше понимаю, что ничего не понимаю. Тогда мне казалось, что изменённая форма лица – плод его искусного владения медицинской магией, но по всему выходит, что это и есть его настоящее лицо. Что же тогда растения, которые цветут от одного его прикосновения? Если он может управлять светлячком, то почему бы ему не управлять растениями?
Я схватилась за голову, вновь вспомнив о светлячке. А ведь Оле управляла им! Я точно помню! Она говорила, что жучок слушается только хозяина, однако Нэрд без проблем заставил малыша Зола светиться. Значит, она солгала... А Мика? По всему выходило, что она тоже гладирка, но под иллюзией. Так сколько же вокруг могло быть таких, скрывших своё лицо?!
– Кая? – Ума коснулся моего плеча. Вздрогнув, я обернулась. Он присел на корточки рядом со мной, чуть в стороне от остальных, и его лицо было совсем близко. Белые, словно из шёлковых нитей, брови вразлёт, удивительно голубые, словно сверкающие глаза на длинном лице из белого бархата. – С тобой всё в порядке?
– Так вот вы какие, – вместо ответа тихо произнесла я, пытаясь побороть вновь подступившие слёзы смешанных чувств.
Его лицо было так близко и такое серьёзно-сочувствующее, что хотелось одновременно ударить по нему и зарыться в плечо. Почувствовать его узловатые ладони на своих плечах, и в то же время – впиться изо всех сил зубами в его руку. Наорать, высказать всё, что думаю о нём, о Мике и о гладирах вообще – и услышать, как стучит сердце иной расы. Такое же оно, как у людей? Как у человеков... Склонно ли оно к предательству так же, как у окружавших меня – человеческих – мужчин?..
– Прости? – мягко улыбнулся он. – Что ты имеешь в виду?
Я чуть отодвинулась.
– Вот это всё. Всё. Я раньше о гладирах только читала.
Ума медленно вздохнул.
– Как видишь, нас оказалось чуть больше, чем ты думала. Честно говоря, я тоже удивлён.
И он сел рядом со мной, вытянув одну ногу вперёд, а вторую подтянув к груди. Я невольно прищурилась, обратив внимание на этот жест. Он как... он как... Да нет, показалось.
– Что ты здесь делаешь? – я прижала к себе колени, словно в попытке спрятать от него свои мысли. Гладиры ведь умеют читать мысли, да? – Ты же говорил, что уедешь из города.
– Собирался, – кивнул он, глядя прямо перед собой. – Как видишь, не сложилось. Мой корабль отплывает завтра вечером, но увы. Не судьба.
– Ты тоже думаешь, что нас отдадут в рабство?
Он промолчал, и молчание это мне не понравилось.
– Как тебя зовут? Оказывается, мы почти ровесники, а я так и зову тебя по фамилии...
– Гард, – ответил он. – Гард из рода Ума.
– Ты в самом деле маг-биолог?
– Можно сказать и так.
– Не ври мне, – мой голос дрогнул. – Какая теперь разница, если всё равно... мы отсюда не выберемся.
Он чуть наклонился в сторону, касаясь меня плечом.
– Что за настроение, – сказал гладир. – Всё будет хорошо. Мы обязательно найдём способ отсюда выбраться.
