Я похолодела. Ни разу в жизни мне не доводилось видеть ружья вблизи. В Молотушках не было охотников, деревня славилась скотоводством и не нуждалась в дичи. Но порой охотники соседних деревень подходили достаточно близко, чтобы звук выстрела доносился и до моих ушей. Теперь же, когда они громыхали совсем близко, всё тело остолбенело, а голова совсем перестала соображать. В мыслях воцарилась ужасающая пустота.
– Гард, – неожиданно для самой себя выдохнула я и резко вскинула голову. – Там Гард!
И теперь уже ноги сами вынесли меня на улицу.
Это был задний двор. Он полыхал огнём, и трудно было понять, где здесь конюшня, а где сарай. В паре десятков шагов, стоя ко мне вполоборота, незнакомый мужчина прижимал к себе хозяйку дома, приложив к шее нож. Напротив, выставив вперёд обе руки, словно надеясь успокоить разбойника, замер её муж.
– Смотри! – кричал разбойник, и глаза его блестели безумием. – Смотри, как горит твой дом, неверный! Как горит твоя скотина! Как погибает твой урожай! Это кара небесная!
– Да пропади оно всё пропадом! – проорал мужик. По лицу его текли капли пота, и издалека казалось даже, что в глазах его стоят слёзы. Я быстро потёрла глаза рукавом, и поняла, почему глаза мужчин так блестели. Чёрный дым щипал до боли. – Забирайте всё, но жену мне отдайте!
– Нам не нужно твоё барахло, неверный. Нам нужны ваши души! Присягните Великому Голове, и будет счастьем полон ваш дом!
– В каком доме? – это уже голос Гарда. Я резко обернулась: он стоял за перевёрнутой телегой, на полусогнутых ногах, готовый в любой момент присесть. И тут тени вокруг зашевелились. Едва сдержав крик, я юркнула за ближайший куст: по всему двору равномерно расположились разбойники, и все – с оружием. У кого огнестрельное, у кого горящие факела и длинные копья, у кого – незнакомого мне вида очень длинные ножи. – В том самом, который вы решили сжечь?
– Присягните Великому Голове, и дом ваш останется цел! – провозгласил главарь.
– А всё остальное тушить вы сами будете? – уточнил Гард. Эх, была бы я ближе, стукнула бы его по голове! Нашёл время острить.
Тут за спинами разбойников послышались отдалённые крики и снова зазвучали выстрелы, от которых все присутствующие синхронно пригнулись. Главарь банды, рефлекторно прикрыв голову руками, выпустил женщину, и та не стала дожидаться разрешения – со всех ног бросилась в объятья мужа, который тут же, то и дело оглядываясь, повёл её незаметной тропинкой прочь.
Я ещё раз оценила происходящее вокруг и решила не испытывать судьбу. Дверь в дом всё ещё была открыта, и можно было пройти насквозь, выйти через главный вход и убраться отсюда подобру-поздорову. Подать бы только как-нибудь сигнал Гарду...
Звуки борьбы усилились, и в отблесках снега, освещённые полыхающим деревом, показались люди. Но различить, что это за люди и кто побеждает, казалось невозможным. У меня даже мелькнула неприятная мысль, что это простые разбойники пришли поживиться на пепелище разгромленного двора. Гард меня не видел. Позвать его значило привлечь к себе внимание последователей Прокурора, которые только что лишились заложника. Выругавшись, я снова притаилась за кустом.
– Гвардия! Гвар!.. – первый отчётливый крик захлебнулся в пылу битвы.
– Гвардия? – это уже главарь. Его голос оказался так близко, что я невольно вздрогнула. – Какого чёрта они здесь делают?
– Видимо, пришли с разбоем разбираться, а тут мы, – сплюнул другой.
Двое мужчин действительно были близко – по другую сторону крыльца.
– Хватай вон того, – велел главарь. – Может ещё сможем уйти.
У меня перехватило дыхание. Они смотрели в сторону Гарда, который сейчас поднимал руку, целясь куда-то, и явно не заметил приближение мужчин со спины.
– Гард! – взвизгнула я, резко поднимаясь на ноги. Он обернулся, и в этот момент главарь банды выстрелил.
Время остановилось.
И моё сердце – вместе с ним.
Где-то вдалеке раздался раскат грома. Пальцы Гарда медленно-медленно складывались в щепоть, лениво они двинулись в щелчке, и так же медленно тонкая молния, словно паутина, вышла из браслета, направляясь прямо в грудь главаря. Но ещё до того, как молния достигла цели, плечо гладира дёрнулось в сторону, словно кто-то невидимый толкнул его. Рука с браслетом опустилась, но в этот момент молния добралась до бандита. Тот дёрнулся и упал без сознания. Гард же снова поднял руку и, прежде чем второй бандит успел нажать на курок, прищёлкнул пальцами второй раз.
– Уходи в дом! – крикнул он, заметив меня.
Я упрямо помотала головой, но Гард уже не видел. Его привлёк выстрел где-то неподалёку. Вскинув руку, он поморщился, в темноте было трудно что-либо различить, но на рукаве белой рубашки отчётливо виделось большое тёмное пятно.
«Он ранен», – мелькнуло в голове. Быстро глянув во двор и убедившись, что поблизости никого нет, я направилась к Гарду, в сторону поваленной телеги. Но не успела. Когда я была уже в нескольких шагах, из-за кучи сена, которую по счастью ещё не зацепило огнём, вышел мужчина в тёмной бесформенной одежде.
