Эля посмотрела на меня полным сострадания взглядом, приобняла за плечи и повела дальше:
– Правильно, так легче. Но сердцу всё равно больно от предательства, даже когда предатель – сам король.
Я закатила глаза и решила промолчать, а то сейчас выдумает ещё чего получше. Элайла тоже решила, что тема развалившихся отношений не очень интересна, и быстро переключилась:
– Там такой мальчик! Такой мальчик, ты обалдеешь! Там сейчас все наши девчонки собрались.
– Кто это – наши девчонки? – не поняла я.
– Как кто, ну, с первого курса все. Бамбл, Чикра, Мэгги, Зира, Нулл и Твин. Вас с Олешей только не хватало. В общем, у Твин, Чикры и Нулл парни есть, они вне конкурса. Остаются Мэгги, Зира и Твин. Ну, и ты. Я ставлю на тебя, поэтому давай быстрее.
Я застыла на месте, пытаясь переварить информацию. Если честно, мне до сих пор не удалось запомнить всех девчонок курса поимённо: не ставила себе такой цели, да и пересекались мы не так часто. Крысёнка схватила меня за руку и поволокла сквозь заросли оранжереи. Весь этаж был уставлен горшками и засыпан землёй, на которой росли чуть ли не все виды растений, доступные человеку. Где-то в глубине кустарников слышались женские голоса.
– Что значит, ты на меня ставишь?
– Это значит, я считаю, что у тебя больше всех шансов его закадрить. И что я тебе буду в этом деле помогать.
– Да кто он вообще такой? – инстинктивно пригнувшись, зашептала я, потому что искомая компания уже явно была близко.
– Никто не знает, и оттого ещё интереснее, – Эля чуть не подпрыгивала на месте от восторга. – Какой-то маг-биолог. Может, он из Училища, а может и нет, мы так и не поняли. Такое ощущение, что он учился где-то не здесь и вообще приезжий. Он даже говорит с небольшим акцентом. Высокий и красивый! Жаль, глаза маска закрывает...
– А с чего ты взяла, что мне это вообще интересно?!
– Тебе это вообще нужнее всех! Отвлечёшься немного, забудешь о бывшем...
В общем, было проще подчиниться. С тяжёлым вздохом я поправила платье, изображающее из меня южную радужную птичку в сине-зелёных оттенках, пригладила волосы, проверила заколки, удерживавшие маску и твёрдым шагом пошла на голоса. Эля крыской юркнула за мной следом.
Картина пред моими глазами предстала удручающая. Действительно, главным действующим лицом оказался высокий парень в необычном костюме. Штаны были прямыми шароварами, облегающими сверху и расширяющимися книзу, при этом спереди от одного бока к другому тянулся треугольный кусок ткани, с помощью которого, видимо, штаны фиксировались на талии. Рубашка на нём была без рукавов и без застёжек спереди, а сверху вообще какая-то пародия на рубашку: длинные рукава, спина заканчивалась чуть ниже лопаток, а спереди не соединялась в принципе. Всё это из незнакомой, очень лёгкой ткани, напоминающей шёлк, но при этом матовой. Светлые волосы у него были собраны в высокий длинный хвост почти на макушке, виски выбриты. И ещё одна любопытная деталь костюма: удлинённые уши. Не подделка, самые настоящие! В смысле, конечно, магически сотворённые, но выглядели один-в-один как настоящие.
Ага, – догадалась я, – значит, гладир. Не сказать, что оригинальное решение, зато очень красивое исполнение. Натуральное. Будто с картинки сошёл.
Таинственный незнакомец стоял перед раскидистым кустом с очень большими остроконечными листьями и делал какие-то пассы руками. Две девчонки буквально прилипли к нему по бокам, ещё две с интересом разглядывали кустик, а последние две стояли чуть поодаль. Надо понимать, что степень близости примерно соответствовала желанию девушки охомутать беднягу.
Бедняга этот, впрочем, не сильно страдал. Он сорвал с куста два небольших плода и вручил их прилипшим к нему девчонкам, поочерёдно приобняв каждую из них. Я невольно скривилась от этого зрелища.
– А мне? – спросила Твин, которая только что сидела на корточках, разглядывая корни куста. Сейчас она встала и горящими глазами заглядывала в маску незнакомца. Она была без костюма, в одном только полупрозрачном платье и с распущенными волосами. Видимо, на маскарад шла целенаправленно в поисках лекарства от одиночества.
Парень сорвал ещё один сочный плод и поднёс его к лицу Твин. Та томно прикрыла глаза и укусила фрукт. По подбородку потёк сок. Незнакомец улыбнулся и, захватив пальцами край собственного рукава, вытер девушке лицо.
Меня аж передёрнуло. Было чувство, словно я заглядываю в чужую спальню. Нет, ещё хуже: будто меня насильно притащили в чужую спальню! Но в то же время глаз зацепился за лицо незнакомца: его улыбка казалась смутно знакомой и необъяснимо притягательной. На худом, даже сухом, но скуластом лице, с немного вытянутым подбородком и тонкими губами, такая широкая и искренняя улыбка. Кого-то он мне напоминал, особенно вот с этим вот хвостом... Кого-то... очень-очень знакомого... очень-очень близкого...
От этих мыслей меня отвлекла Эля, которая уже лбом толкала меня вперёд.
– Всем привет, – воскликнула она, выныривая из-за меня. – Неужели таки получилось? Ого! А нам говорили, что этот куст никогда не плодоносил и плодоносить не будет в таких условиях!
