Ему и сейчас показалось, что Влад на него смотрит. Саша поднялся, оглянулся по сторонам, голова сильно кружилась, никого рядом не было. Первая мысль была, что надо скорее идти - судя по тому, как он замерз, пролежал он довольно долго. Саша поднялся. Перед глазами все плыло.
А потом вернулась память, резко, как удар: шум машин на дороге, выстрелы. Он решил, что пойдет к Рустаму, и Влад его не удержит, он к кому угодно готов был пойти, главное, чтобы Белый остался жив. А потом - пусть стреляет в спину, если хочет.
Саша шел к дороге быстро, насколько мог. Его слегка шатало. После обморока он видел все предметы словно размытыми, лишенными четких очертаний. Только бы успеть…
Но уже издалека увидел, что опоздал.
Влад лежал возле машины весь в крови. Саша понял, что Белый мертв; водитель, тоже мертвый, лежал неподалеку. Кругом валялись стреляные гильзы, было много кровавых следов.
Саша долго стоял и молча смотрел на них. Ему было трудно собраться с мыслями. Потом он почувствовал, что его мутит от запаха паленого железа и крови, еле успел отойти на несколько шагов, и его скрутил сильный приступ рвоты. Как тогда, в первую ночь.
Потом он пошел к машине, взял бутылку с водой. Плеснул воды себе в лицо - стало немного легче. В машине он взял сотовый телефон. Влад как-то показал ему, как с ним обращаться, а еще показал номера скорой и милиции. «Хотя они тебе вряд ли понадобятся»,- сказал он тогда.
Саша не был уверен, что здесь будет связь, но, на удивление, до милиции он дозвонился. Сказал, что на тридцатом километре от Вязниково в направлении Красногорска была перестрелка, есть убитые. Он никогда потом не мог объяснить себе, зачем он тогда в машине смотрел на дорожные указатели. Наверное, было важно знать, где именно он умрет. На вопрос: «Кто вы? Представьтесь» - нажал кнопку отбоя.
Саша чувствовал, что нужно отсюда уходить. Еще ничего не понимая, чувствовал: в воздухе пахло опасностью, и словно какой-то голос кричал внутри: «Беги!»
То же сказал ему Белый несколько минут назад, когда послышался первый выстрел с дороги: «Беги к трассе. Пробирайся в Красногорск, я тебя там найду». А Саша повернулся к нему и твердо сказал: «Нет! Я останусь с тобой». Потом он не понял, что произошло, кажется, Влад замахнулся…
Возвращаться в деревню нельзя. Нужно идти вперед по дороге до большой трассы. Можно поймать машину. Куда направиться потом - у него не было ни единой мысли.
Саша в последний раз посмотрел на лежащего перед ним человека, повернулся и зашагал прочь по дороге.
Ему все время казалось, что он услышит сзади знакомый голос.
Но только ветер шумел в вершинах деревьев и рвал полы его плаща.
Небо было серым. Чуть с голубым. Льдистым. Холодным.
Собиралась гроза.
Саша знал, что всегда трудно сделать несколько первых шагов. Когда, кажется, что не удержаться, и ветер собьет с ног. А потом становится легче, и понимаешь, что можешь идти, потому что впереди - дорога, а все дороги обязательно куда-то приводят.
Через пять минут после звонка в милицию бойцы Белого уже искали Макса, чтобы сообщить ему плохую новость.
Почти в это же время Рустам разговаривал со своей бригадой.
- Все, Рустам, Белого положили и водилу заодно. Правда, они, суки, двоих наших убили, Рашид ранен.
- Белого положили - это хорошо, а мальчишка, что с ними был, где?
- Какой мальчишка? Там больше никого не было. Сваливать пришлось быстрее. Шума было много, они же отстреливались долго, пока Армен с тыла не зашел.
Рустам жутко заматерился:
- Какой мальчишка?! Глаза синие, волосы длинные, кудрявые, как у бабы, и сам на бабу похож. Я же сказал, без него не возвращаться! Бегом обратно. Аккуратно там обшарьте все. Если менты пацана мертвого не нашли — перекрыть подходы к трассе, он, если живой, первым делом туда побежит. В деревне следить, если объявится, но это вряд ли. Короче, пацана, живого или мертвого, тащите ко мне. Вопросы? Тогда бегом! Времени мало.
И времени было действительно мало. Это чувствовал даже Саша, когда шел по безлюдной дороге. Он понял, что до сих пор несет в руке телефон, только когда тот зазвонил. Саша машинально ответил.
Он услышал знакомый голос с еле заметным акцентом:
— Где ты, маленький? Тебе холодно, страшно? Скажи, где ты. Я заберу тебя оттуда. Все будет хорошо. Только не клади трубку, скажи мне что-нибудь, малыш.
Саша от всей души грохнул телефон об асфальт. И, теряя драгоценные секунды, добросовестно его растоптал.
Потом вылил себе на голову воду из бутылки, которая у него оставалась в другой руке. И уже легко и быстро понесся по бегущей под ноги дороге, хотя по щекам его текли мокрые дорожки, и глаза застилала пелена, так это, наверное, от ветра…»
