* * *Замолкла песнь, и на последних звукахмаэстро лютню расколол о камни.Когда дразнил он льва, грозил смертямии сердце разрывал сто раз позором,когда сулил могилам разрушеньеи слал проклятья матерям и детям, –народ молчал, окаменев от муки.Когда же до конца допел он песнюи лопнула струна – раскатом грома,что рушит скалы и корчует рощи,всполохом молний, что дотла глубиныморские пепелят, кромсают небо, –с холмов, предгорий, из домов, из храмов«К оружию!» – единый крик раздался.И вот уже со всех окрестных улиц«К оружию!» – звучит тысячекратно.Из-под земли как будто вышло войско,как будто камни в рати обратились.Воспламенил призыв к оружью Спарту.Отброшены стенанья – жаждут битвы!И вновь сильны, бесстрашны, дерзновенны,несокрушимы, доблестны и грозны.Уж город сотрясается от сечи,мечей сверканье затмевает солнце,и, ринуться готов на бой кровавый,народ к певцу афинскому взывает:«Веди же нас! Ты стоишь многих тысяч!Умрем – не отдадим земли ни пяди!Умрем – но наших жен не опозорят! Враг крови нашей жаждет – захлебнется!Враг крови нашей жаждет – пусть получит!Долой неволю! В рабстве нам не выжить!Пусть вытечет вся кровь из нас по капле –свободными погибнем, не рабами!»«Веди, веди нас! – женщины взывают. –Спартанки не чураются оружья,а коль мужья в сражении полягут,убьем детей и сами ляжем рядом».И побежали…Поле опустело.Когда ж победу возвестили трубы,то с почестями на щитах трофейныхнесли кого-то.Это был Тиртей.<p>Сам тащи, парень!</p>

Нет, ребята, вы не подвели меня. Я хочу вас поблагодарить. И ничуть вы мне не мешали. Я обязан вам многими мыслями и воспоминаниями, я многому у вас научился. Минералогия важна, но человек не менее важен. И еще книги, но прежде всего – правда жизни.

Вы жалуетесь на школу? Я выслушиваю. На учителей? Ладно. На товарищей? Ну что ж. Люди разные. Этому достаточно одного хорошего товарища, а тот предпочитает всем скопом, громогласной оравой. Один любит все потихоньку да помаленьку, а другой – быстро и шумно. Один весел, другой серьезен. Тот робок, а тот самоуверен. Тот миролюбив, а тот задира. Пардон: у каждого свои достоинства и недостатки. Этот поет, этот рисует, тот легко щелкает задачки, а тот пишет блестящие сочинения. И прекрасно ведь, что все разные. А ты сразу: такой-сякой, никудышный.

Учитель кричит? Пардон, господа: а что ему остается? Он живой человек, у него нервы, у него недомогания, семейные хлопоты и камни в печени. Никто не орет ради собственного удовольствия, только чтобы голос сорвать. Учитель много требует? А разве он составлял программу? Разве его самого не проверяют и разве не отвечает он перед начальством за успеваемость в классе?

Плохо объясняет, скучно преподает? Пардон: а ты хочешь, чтобы именно в твою школу со всей Польши согнали исключительно Коперников, Скарг[71] и Словацких?[72] Чтобы тебе в угоду собрали по всей стране отборнейшие колумбовы яйца? Чтобы просеяли твоих ровесников сквозь густое сито и отобрали для тебя и для твоего класса исключительно изюминки?

А другие школы? Другие пансионаты в усадьбах? Пускай повсюду каждый день подгорают котлеты и сбегает молоко, лишь бы не у тебя – ведь ты делаешь честь уже самим своим присутствием! Пардон: если ты выковырял из булочки изюм, другому не достанется.

На свете два с лишним миллиарда людей; в Польше пять миллионов тех, кто жаждет получить школьные знания. Каждый имеет право на одного хорошего учителя и на свою порцию малинового пломбира. Так что прости уж: будет у тебя один замечательный одноклассник, а остальные так себе, поплоше. Чем богаты, тем и рады.

Перейти на страницу:

Все книги серии Non-Fiction. Большие книги

Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже