Человек обладает всей полнотой власти в мире собственного разума, очищая и совершенствуя его, а вот во внешнем для него мире других разумов его власть крайне ограничена. Это становится очевидным, когда мы осознаем, что каждый человек обретается в мире людей и вещей, являясь единицей среди мириад подобных единиц. Эти единицы действуют не независимо и деспотично, а чутко и сочувственно. Окружающие меня люди вовлечены в мои действия и имеют к ним свое отношение. Если мои действия представляют для них опасность, они примут против меня защитные меры. Как человеческое тело изгоняет из себя болезнетворные атомы, так и политическое тело инстинктивно изгоняет из себя непокорных членов. Ваши неправильные действия – это многочисленные раны, нанесенные этому политическому телу, и лечение его ран будет вашей болью и печалью. Эти этические причины и следствия не отличаются от тех физических причин и следствий, с которой знаком самый простой человек. Это лишь продолжение того же закона, его применение к более широкому кругу человечества. Ни один поступок не остается незамеченным. Любой, даже самый сокровенный ваш поступок незримо оценивается, его благая составляющая воплощается в радости, злая – в боли. В старой притче о «Книге жизни», в которой записываются и оцениваются все мысли и поступки, содержится великая этическая истина. Именно благодаря тому, что ваш поступок принадлежит не только вам, но и всему человечеству и вселенной, вы бессильны предотвратить внешние последствия, но имеете неограниченные возможности для того, чтобы изменить и исправить внутренние причины, и именно поэтому совершенствование собственных поступков – высший долг и самое возвышенное достижение человека.
Обратная сторона этой истины – то, что вы не в состоянии устранить внешние вещи, явления и поступки, – заключается в том, что внешние вещи и поступки бессильны нанести вам вред. Причина вашего рабства и пути освобождения находятся внутри вас. Травма, нанесенная вам кем-то другим, это отголосок вашего собственного поступка, отражение вашей ментальной установки.
Вред, который человек видит в действиях другого, – например, в клевете, – заключается не в самом поступке, а в отношении к нему; вред и несчастье создаются им самим и заключаются в его непонимании природы и силы поступков. Он думает, что чей-то поступок может навсегда ранить или разрушить его характер, в то время как он совершенно лишен такой силы; на самом деле поступок может ранить или разрушить только того, кто его совершает. Считая себя оскорбленным, человек становится взволнованным и несчастным и прилагает огромные усилия, чтобы противостоять предполагаемому вреду, и именно эти усилия придают клевете видимость правды и скорее помогают, чем мешают ей. Все его волнения и тревоги вызваны восприятием поступка, а не самим поступком. Праведник доказывает это тем, что тот же поступок перестает вызывать в нем какое-либо беспокойство. Он понимает его, а потому игнорирует. Поступок принадлежит к той сфере, в которой он уже не живет, к той области сознания, с которой у него больше нет никакой близости. Он не допускает чей-то поступок близко к сердцу, у него отсутствует мысль о том, что ему можно причинить вред. Он живет над ментальной тьмой, в которой процветают подобные действия, и они могут причинить ему вреда или беспокойства не больше, чем тот вред, который мальчик может причинить солнцу, бросая в него камни. Именно для того, чтобы подчеркнуть это, Будда до конца своих дней не переставал повторять своим ученикам, что если человек может допустить мысль «я был ранен» или «меня обманули», или «меня оскорбили», значит, он не постиг Истину.
