Открыв глаза, не могла понять, где нахожусь. Было темно. Окна зашторены белым тюлем. Свет от уличных фонарей немного освещал комнату. «Где, я? Это, точно, не моя квартира!» Повернув голову, увидела капельницу, стоящую возле кровати. «Я, что в больнице?» И тут память начала возвращаться ко мне. Я взглянула на свои руки. Они были забинтованы до локтевого сгиба, и болели. Грудь, также, стягивала повязка. Одинокая слеза скатилась по щеке. «Что теперь? С изуродованными руками и обожженной грудью, вряд ли, буду кому-то нужна… Зорина, достигла цели! Хотя, можно сделать пластику, но это, скорей всего, долгий процесс…» За раздумьями, не заметила, как наступило утро. В палату вошла мед.сестра.
– Здравствуйте! Рада, что вы очнулись! Сейчас измерим температуру, и я приглашу доктора!
Температура оказалась 37,5. Девушка убежала, и через несколько минут, вошёл высокий мужчина, лет тридцати пять, или чуть меньше.
– Здравствуйте, Даниэлла! Я ваш лечащий врач, Кирилл Алексеевич Ронский. Как себя чувствуете?
Я облизала пересохшие губы и спросила:
– Можно мне попить?
– Да, конечно!
Доктор взял с тумбочки бутылочку с водой и налил немного в стакан. Пультом, приподняв верхнюю часть кровати, он поднёс к моим губам воду. Сделав глоток, я поблагодарила врача, и спросила:
– Я останусь калекой?
Ронский улыбнулся:
– Что, вы! Не буду вас пугать! Вот если бы вы не успели закрыть лицо руками, то тогда бы точно, остались тяжёлые последствия! Возможно, даже слепота! А руки, это не лицо! Сделаем вам пластику, и всё будет в порядке! Даже швов не увидите!
– А грудь сильно пострадала?
– Нет! Там небольшой ожёг. Всё заживёт, не переживайте!
– Давно я здесь?
– Третий день… Два дня у вас была высокая температура, а сегодня она снизилась. Это очень хорошо! Вы помните, кто вылил кислоту на вас?
– Да!
– Я позвоню следователю. Он просил сообщить, когда вы очнётесь. Готовы с ним поговорить?
– Готова… А кто меня нашёл?
– Ваш начальник! Отдыхайте. Через час, принесут завтрак.
– Извините, я хочу позвонить моему адвокату? Мне нужен мой телефон!
– Все ваши вещи, в шкафу.
– Посмотрите, телефон, в сумочке?
– У меня сейчас обход! Я приглашу к вам мед.сестру, и она вам поможет!
– Да, хорошо… А мне можно вставать?
– Можно!
Через некоторое время, симпатичная девушка вошла в палату.
– Кирилл Алексеевич, попросил зайти к вам.
– Да… Возьмите, пожалуйста, из шкафа, мою сумочку и найдите там телефон.
Девушка выполнила просьбу.
– Откройте «контакты» и найдите номер Козина.
Девушка полистала контакты, и нашла нужный номер.
– Позвоните ему, пожалуйста! Только микрофон включите!
Козин ответил не сразу.
– Здравствуйте, Даниэлла Марковна! Что-то случилось?
– Да! Я в ожоговом центре! Одна ненормальная, выплеснула на меня кислоту!
– Боже! Вы сильно пострадали?
– Успела прикрыть лицо руками! И они теперь забинтованы. Ко мне должен придти следователь, и я хотела, чтобы вы присутствовали! Боюсь, на меня будут оказывать давление!
– Конечно! Скажите, где это находится, и я подъеду!
Мед.сестра продиктовала адрес, и мы попрощались.
– Девушка, спасибо! А как вас зовут?
– Мила!
– Очень приятно, Мила! Меня можете звать, Далей!
– Хорошо! У вас в телефоне, много пропущенных звонков.
– Посмотри, пожалуйста, от кого они.
– От Игоря!
– Спасибо!
– Больше вам ничего не нужно?
– А ко мне кто-нибудь приходил?
– В первый день, был мужчина, – глазки её загорелись, и я поняла, кто это был.
– И всё?
– Вчера девушка была. Сказала, что она ваша подруга!
– Высокая брюнетка?
– Да! Она обещала придти сегодня!
– Спасибо, вам, ещё раз!
– Я могу идти?
– Да, да!
Мед.сестра ушла. «Значит, Никольского, я больше не интересую! Вот и закончилась любовь!» Комок подступил к горлу, и я заплакала.
В дверь постучали, и в палату вошла санитарочка. На подносе она принесла завтрак.
– Доброе утро! Сейчас будем завтракать! – улыбаясь, сказала пожилая женщина.
Пультом подняла верхнюю часть кровати в вертикальное положение, и поставила передо мной стол-поднос, для завтраков. Хоть я и не любила овсяную кашу (она надоела мне за четырнадцать лет жизни в Англии), всё же съела её с удовольствием. Видно, за два дня я сильно проголодалась! Кофе, со свежеиспеченной булочкой, проглотила, просто на раз, два! Я поблагодарила санитарочку за помощь, и она исчезла за дверью. Телефон остался на прикроватном столике. Я встала. Голова немного закружилась и я снова села на кровать. Взглянув на себя, поняла, что на мне только рубаха, а под ней, ничего! На спинке кровати висел халат. Я снова поднялась и потихоньку сняла его, но одеть не получилось. Нажала на кнопку вызова персонала, и пришла Мила.
– Что-то случилось?
– Нет! Извините, вы не поможете мне одеть халат?
– Конечно, помогу!
Только закончили процедуру одевания, в дверь постучали, и в палату вошла Ленка.
– Даля! – со слезами, кинулась обнимать меня подруга.
– Я так рада, что ты очнулась! – рыдала Ленка.
– Привет, подруга! Откуда ты узнала?
– Никольский сообщил Яру, а он, мне. Я сразу же купила билет, и в Москву! Даля, милая, кто это сделал?
– Невеста Никольского…
Велесова округлила глаза.
