Удивительно, но ей и в самом деле было приятно его видеть. Потому что она хорошо его знала. Знала, как чутко эти темные глаза отражают эмоции, знала эту нечасто освещающую лицо ассиметричную и заразительную улыбку.
Когда-то Далия считала его близким другом, а когда они прекратили общаться, она сказала себе, что это к лучшему, поскольку ее семья их дружбу не одобряла.
Сестры полагали, что лорд Кирк слишком стар для нее. Разумеется, он был старше ее, но когда она узнала его поближе, разница в возрасте перестала казаться столь значительной, к тому же у них обнаружилось много общего. И все же она общалась с ним лишь несколько месяцев, и разговаривали они в основном о литературе и музыке. А потому этот мужчина до сих пор во многом оставался для нее загадкой.
Склонив голову набок, Далия в упор посмотрела на него.
– Вы прекрасно выглядите в вашем новом наряде.
– Спасибо. – На мгновение лорд Кирк скривился. – Вы и сами прекрасно выглядите. Однако уверен, это для вас не секрет.
Далия не сдержала улыбки.
– Мне неуютно в такой толпе разряженных женщин. Да, платья, сшитые Лили, безупречны, но у меня нет к ним ни драгоценностей, ни вееров, ни роскошных туфель. Мне катастрофически не хватает аксессуаров.
– Вам они не нужны, – произнес он отрывисто. – Вы красивы и без них.
Ее щеки вспыхнули, и она отвела взгляд.
«С какой вдруг стати он сделал мне комплимент?»
– Я смутил вас. Простите, но это так и есть. Вот взгляните на ту молодую леди у дверей.
– В голубом шелковом платье?
– Да. С несуразным огромным веером из страусовых перьев. Она надеется скрыть за ним то, что за четыре года не прочла ни единой книги. За обедом она прямо так и сказала.
– За четыре года?
– А та рыжеволосая дама у окна? Постоянно поправляющая свое громадное ожерелье?
– Должно быть, оно немало весит.
– Полагаю, так и есть, но она, похоже, совсем лишилась рассудка и не понимает, что делает. Ест одну картошку с уксусом.
– Диета?
– Нет, она откуда-то узнала, что таково меню лорда Байрона, и таким образом она отдает дань его поэзии.
– А какое отношение картошка имеет к стихам?
– Ровным счетом никакого. Будь она способна понимать поэзию, подобное ей и в голову бы не пришло. А она ее не понимает. Единственное, что ей по силам, так это слепо следовать диктату моды. Которая, увы, помрачила ее разум.
Далия оглядела залу.
– Не правда ли, здесь полно глупцов?
– Хорошо, если здесь найдутся хотя бы два человека, прочитавших «Историю Римской империи» Рида и способных ее осмысленно пересказать.
Далия задалась вопросом, много ли читал лорд Далхаузи. Он казался достаточно умным. Надо будет при возможности поинтересоваться.
Вдруг она поняла, что Кирк заметил, на кого она обратила внимание. Обернувшись, он тоже посмотрел на лорда Далхаузи. Судя по выражению его лица, он был о нем невысокого мнения.
– Он фат.
– Вовсе нет. Он очень забавный и милый, и вы бы это знали, если бы с ним поговорили.
– Он чертов идиот.
Лорд Кирк снова повернулся к ней.
– Знаете, зачем я приехал на раут герцогини?
– Точно не ради общества, поскольку общество вы ненавидите.
– Я приехал ради встречи с вами.
– Со мной? – удивилась Далия. – Но… зачем? Нам нечего друг другу сказать.
– Нам очень многое надо друг другу сказать. Я допустил огромное количество ошибок и хотел бы загладить вину.
– Я не хочу обсуждать наше прошлое.
– Я хочу, – произнес он не допускающим возражений тоном. – Причем здесь и сейчас.
«И куда только подевались все его новоприобретенные манеры?»
Далия допила шампанское и поставила бокал на ближайший столик.
– Лорд Кирк, прошу меня простить, но мне надо отыскать леди Шарлотту и попросить разрешения пользоваться библиотекой.
– Я провожу вас.
Он взял ее за локоть.
– Нет, спасибо. – Она высвободилась. – Я хотела бы сделать это одна. Было приятно с вами поговорить, и должна сказать, было радостно узнать, что вы не полностью переменились. Хорошего вам вечера и…
– Я еще не закончил разговор, Далия, да и вам есть что мне сказать.
Она собиралась дать ему резкую отповедь, однако смогла лишь выдавить:
– Как вы смеете диктовать мне, когда мне заканчивать разговор?
– Я знаю, что можно, а что нет. Я прошел весь этот путь, освоил все эти светские приличия только ради того, чтобы поговорить с вами. Вы не можете просто взять и уйти.
– Нет, милорд, могу. Я вовсе не просила вас прилагать все эти непомерные усилия, поэтому не бравируйте этим аргументом, заставляя меня с вами говорить. Здесь, на рауте ее светлости, мы можем оставаться добрыми знакомыми, но у меня нет желания снова быть вашим другом, как прежде.
– Однако я…
– Нет. А теперь извините меня, я хочу с вами попрощаться.
Лорд Кирк схватил ее за запястье и без церемоний потащил за собой к выходу.
У Далии оставался выбор. Она могла пойти с ним, не привлекая ничьего внимания, или упереться и устроить сцену. И хотя ее возмущали диктаторские замашки Кирка, устраивать сцену на глазах у всех, в особенности у леди Мэри и мисс Стюарт, ей совершенно не хотелось.
