Если не углубляться в дебри юриспруденции и социологии, то в широком смысле слова корпорация – это организация, созданная для достижения определенных экономических целей. Корпорация – это организованная группа, характеризуемая замкнутостью, максимальной централизацией и авторитарностью руководства, противопоставляющая себя другим социальным общностям на основе своих узкоиндивидуалистических интересов[81].
Корпорация – это семейно-клановое дело. Как справедливо заметил писатель Денис Соколов: «Все корпорации, которые существуют десятки и сотни лет, были созданы семейными кланами, закрытыми обществами и орденами и не имеют ничего общего с теми красивыми рассказами об успешном стартапе или гении-студенте»[82]. К сожалению, значительное число деловых людей верят в успешные стартапы и гениев-студентов. Верят истово и самозабвенно.
Чтобы развеять эту радужную химеру, приведу типичный пример возникновения типичной западной корпорации. Чтобы читатели понимали, что это за монстры и чем они опасны. Многие наши наемные работники считают за счастье заключить с ними трудовой контракт, а если это удается, гордятся этим, правда, недолго. Почему я называю транснациональные корпорации «монстрами»? Тут ничего личного, нужно просто знать историю. Приведу только один характерный пример.
В XIII веке Тевтонский орден был на пике своего могущества. Колонизировав Пруссию и Прибалтику и после «оптимизации» коренного населения (попросту геноцида), орден устремился на Русь. Однако потерпел катастрофическое поражение своего бизнес-проекта «Крестовый поход на русских еретиков». Александр Невский грамотно провел мероприятие под названием «Ледовое побоище», где корпорация потеряла часть своего «боеспособного персонала». Оставшаяся часть была полностью потеряна чуть позже, в мероприятии «Грюнвальдская битва». После чего орден стал развивать новое направление бизнеса – землевладение и торговлю недвижимостью.
Через 500 лет орден продал все свои активы и вложился в зарождающуюся химическую промышленность объединенной канцлером Бисмарком Германии, создав концерн «ИГ Фарбениндастри», который формально возглавляли господа с очень знакомыми нам фамилиями: Бош, Дуйсберг, Байер и другие. Занимались они очень респектабельным бизнесом: взрывчатка, краски, боевые отравляющие газы, фармакологические препараты и наркотические вещества, химические удобрения, и еще много чего по мелочи[83].
Этот же концерн создал теорию фюрерства, привел к власти нацистов, стал основой мощи Вермахта, имел в своем распоряжении частные концлагеря и делал много еще чего «интересного». И сегодня мы с удивлением можем обнаружить, что компании «Бош» и «Байер» заняли прочные позиции на российском рынке. А наши граждане считают за честь заключить контракт с компаниями, создававшими оружие, которым убивали наших мирных жителей, солдат и офицеров в Первой и Второй мировых войнах.
Если провести анализ реальной истории любой другой западной корпорации, то она будет примерно такой же по своей сути. Как пишет бывший сотрудник такой корпорации Денис Соколов: «Корпорации похожи на машину по добыче золота, которая оставляет после себя безжизненные котлованы. Этой адской машине без разницы, какие леса тут стоят и какие животные тут обитают, если тут есть золото, она будет рыть, пока не будет добыт последний грамм»[84].
Если коротко, то характерными чертами любой корпорации западного типа являются: агрессивная стратегия захвата и эксплуатации рынков, тоталитарная модель управления, эксплуатация человеческого материала с учетом его рентабельности, сектантская корпоративная культура и система регулярного или манипулятивного менеджмента.
Рассмотрю только три из них, начиная с модели управления, которую я назвал тоталитарной. Адекватное понимание этой модели очень важно для тех, кто заключает трудовой контракт с корпорацией. Потому что ему придется подчинить жесткой дисциплине не только свое поведение, что характерно для режимных предприятий, но и свою личность, что характерно для ортодоксальных церквей, тоталитарных сект и закрытых обществ.
Карьера покупается в обмен на человеческое в человеке
И как бы ты ни играл, как бы тобой ни играли, твоя душа в твоих руках.
Даже если над тобой стояли короли, и ты исполнял их волю, перед Ликом Господним ты не сможешь сказать – «мне приказывали так поступать», – это не будет оправданием.
