В студии объявился вернувшийся Чото, я собрал ноутбук, помахал ему рукой, получив в ответ гримасу недовольства, и вышел на улицу. Меня ждала стрежевская городская дума. Последнее место, где хотелось бы провести день, но я обещал Анюте. Выйдя на улицу, поколебался и все же сделал крюк к памятному углу. Кафе «Палиндром» там, в полном соответствии с официальной информацией, отсутствовало. Пыльные стеклянные двери с выцветшим на солнце объявлением «Аренда» – и номером телефона. Прислонившись лицом к грязному стеклу и загородившись ладонями от света, я кое-как заглянул внутрь – никакой барной стойки, на полу кучей свалены одежные вешалки, по стенам – зеркала и в углу – кабинки для переодевания. Все в целом имеет весьма заброшенный вид. Я достал мобильный и набрал номер с объявления. Долгое время никто не брал трубку, потом недовольный мужской голос ответил:
– Алло, кто это?
– Я по объявлению об аренде помещения по адресу: Блаватской, сорок два…
– Аренде? Какой, на хер, аренде? – злобно сказали в трубке.
– Коммерческая недвижимость по адресу: Блаватской, сорок два, вам принадлежит, гражданин? – Я подпустил в голос официальной суровости.
– Ну, как бы это… Типа того, – недоверчиво ответил телефонный голос. – У меня все уплочено!
– Как давно помещение пустует?
– Ну, это… – Бывший арендодатель задумался. – Как эти два гомосека съехали, так и стоит. А вы кто, пожнадзор?
– Когда это было?
– Ну, год или чуть больше… Да, в мае прошлого года они съехали. За месяц предупредили, расплатились, нормальные ребята, хоть и пидоры. А что?
– Так кому помещение сдавалось?
– Ну, два «пра-ативных» снимали половину под магазин одежды для таких же, но недолго – инвестор их разлюбил, и они закрылись. До них швейная мастерская была, они целиком занимали, но потом дела у них пошли не очень, и в переднюю часть с витриной они пустили этот бутик, поделили аренду. А я и не против, мне-то все равно, лишь бы платили.
– А до того?
– До того – просто квартира. Я ее выкупил и переоборудовал. Все разрешения оформлены! Хорошее место, а давно пустует, я уже два раза цену снижал… Так вы с какой целью интересуетесь?
– Благодарю за сотрудничество, гражданин! – сказал я сурово, чтобы отбить желание перезванивать, и нажал «отбой».
Забавненько.
На входе в монументальное здание в стиле имперского классицизма промеж толстых кирпичных колонн маялся Павлик с камерой и штативом.
– Опаздываешь! – сказал он недовольно.
– Не рановато ли задембелевал, голуба? – осадил его я. – Командир не опаздывает, командир изволит задержаться.
– Нет-нет, я ничего! – засуетился Павлик. – Просто там уже начинается…
Лучшее место для съемки уже застолбили телевизионщики. Они смотрели на нас презрительно и здоровались через губу, но мне было плевать. Я даже Крыскину уважал больше, чем этих дармоедов, – она хоть как-то пыталась крутиться, а телепузики сидели на попе ровно и плевали в потолок. Потеряв федеральный эфир, даже не пытались заполнить возникший медийный вакуум, уныло транслируя выступления мэра и заседания гордумы вперемежку со старыми сериалами и кино из архивов. Людей, которые это по доброй воле смотрят, можно использовать в приусадебном хозяйстве для отсоса септиков.
– Антоша, мальчик мой, что ты тут делаешь?
Ну надо же, Кеширский. Весь в строгом и сером, но под официальным пиджаком оранжевый галстук, с которого корчат забавные рожицы маленькие наглые джокеры в шутовских колпачках. Кешью обычно не светится в политикуме, но по местным меркам он вполне себе медиамагнат – кроме нашей радиостанции, ему принадлежит и региональный телеканал, и даже областная многотиражка «Стрежевский вестник», корреспондентом которой числится Анюта.
– Ну, Дрей Дреич, мы все ж какая ни есть, а пресса…
– Ах, Антон-Антон, – покачал головой Кешью, – вечно ты не понимаешь границ своей компетенции…
Укоризненно покачав головой, он направился к первому ряду и уселся там. Ну надо же, сегодня, кажется, действительно будет что-то интересное…
– Мы ведем свой репортаж из зала заседаний городской думы, – затараторила бодрой скороговоркой телебрюнетка – говорящая голова канала «Стреж-ТВ».
Пожилой красноносый оператор профессионально-небрежно контролировал камеру, флегматично глядя одним глазом в экранчик, другим – в декольте ведущей.
– Сегодня анонсировано обсуждение ряда давно ожидаемых законопроектов… – заливалась она, – на заседание приглашены глава города и наиболее уважаемые представители общественности…
Чото, ведомый эманацией нижних чакр, как-то подкатывал к этой теледиве. И даже, если не врет, успешно. Но долго не выдержал: «Мыслит пятисекундными синхронами, всегда смотрит в воображаемую камеру и даже в постели старается занять выгодный ракурс. Трахаешь, как в прямом эфире…»
