Внутри гостиницы тоже ничего не изменилось. Фойе сразу переходило в большой зал, по правую руку — длинная барная стойка вдоль стены. За спиной бармена Каз увидела роспись трёх бегущих по снегу белых волков. Гигантские, сказочные волки Фелике. За баром стоял рыжебородый здоровяк, новенький, наверное, Казимира его не помнила. На запястьях обеих рук он носил широкие золотые браслеты, в заплетённой в две косы бороде тоже мелькало золото. Почти на каждом пальце по медному кольцу. Крийцы падки на всё блестящее — золото, серебро, драгоценные камни, только хидонский жемчуг не жалуют. По Вегарду сразу видно, что вырос он не на Крийя — ни единого украшения.
Почти весь персонал в гостинице был с архипелага. В фартуках официанток сновали невысокие девушки с толстыми белоснежными косами. Каз вспомнила сокурсницу, Элке, и как та защёлкивала на своих волосах медные бочонки-заколки. С кухни вышел коренастый старик, жилистый и весь иссечённый морщинами. Перед собой он нёс три бочки, одну на другой.
В зале несколько столешниц, как и прежде, заменяли плоские щиты. Такие в пьяной драке расколешь только топором или двуручником, и эта мебель служила дольше обычной барной.
Дух мёда и калёного металла, бард в углу что-то насвистывал себе под нос, а у дальней стены — огромный каменный камин с парой кресел перед ним. Крийский островок посреди Гастина.
Казимира проследила взглядом по залу — посетителей ещё мало, но ни одного знакомого лица, ни хозяйки. Отлично. Когда Каз предлагала остановиться здесь, понадеялась, что за столько лет персонал несколько раз сменился. Слишком уж её тянуло сюда. Возможно, последний раз в жизни Каз будет спать под этой крышей, нужно попрощаться.
Ариан не отвлекал её, не мешал осматриваться, но теперь, когда Казимира шагнула дальше, он кивнул на её левую руку:
— Обновка? — Ариан приподнял брови.
Казимира привыкла к протезам с обшивкой, чтобы выглядело почти как настоящая конечность, но сегодня бюджет не позволил таких роскошеств. Пришлось соглашаться на модель попроще — гладкий металл, ничего лишнего, чувствительность сносная, литой корпус. Был у Каз когда-то протез с дырой на внутренней стороне предплечья. Там застревало всё — песок, листва, волосы. Сколько раз на починку относила, потому что пальцы переставали слушаться.
Каз размяла кулак, прокрутила запястьем. Ни щелчков, ни тихого шуршания металла. Отличная простая и надёжная модель. Совсем не то, красивое, изящное, к чему привыкла Казимира.
В уме она прикинула, сколько уже потратила и сколько ещё завтра должна будет доплатить в кузнице по завершении работы. Многовато… Значит, сегодня нужно будет сыграть с кем-нибудь в кости.
Казимира и Ариан остановились у основания лестницы, ведущей на второй этаж. С тех пор, как Каз видела его в последний раз, Ана будто подменили. Никаких неврозов, никаких истерик, такой подъём, столько энергии.
— Неплохо смотрится. А в сумках что? — Ариан не мог сконцентрироваться на чём-то одном, словно пятилетка, съевший горсть сахара.
— Потом узнаешь. Чего ты такой… весёлый?
— А чего мне грустить? — Ариан улыбнулся на приветствие одной из официанток.
— Ну, Мели-ин, ба-анк, — напомнила Казимира.
— Ерунда, — отмахнулся он, вприпрыжку поднимаясь по лестнице. Кажется, сам себе верил, вот блаженное дитя. — И не из такой херни выпутывались. Я с ним переговорю.
— А чего один разгуливал по городу?
Ан скривился в ответ на её менторский недовольный тон.
— Вег вырубился, как только мы заселились. А мне надо было купить табака и так, по мелочи. — Они остановились в коридоре второго этажа. — Лекарства Вегу заодно.
— Неужели? — искренне удивилась Казимира и глянула через плечо вглубь коридора. — Ты даже не послал Дакина по своим поручениям?
Ариан помялся.
— Я его не нашёл. — Он обернулся на одну из дверей по правую руку. — Думаю, Дакин тоже вернулся. Ужинать пора.
Ариан указал, которая комната её, даже порадовал, что в этот раз Клаудия будет в отдельных покоях. Наверняка, та пожаловалась, что ночные крики Каз мешают ей высыпаться. Тем лучше.
В обеденный зал Казимира спустилась в полном обмундировании. Шагая по лестнице, она проводила бионическими пальцами по перилам. Этот звук, эта вибрация, отдающая в плечо…
Новая одежда, горячая ванна и протез позволили снова почувствовать себя человеком. Тонкая рубашка из серого шёлка выглядывала из-под чёрно-серого камзола с металлическими пуговицами и кожаными вставками на карманах, груди и локтях. Серые брюки не стесняли движения. Серые ботинки Каз выбрала лёгкие и мягкие, чтобы не мучиться на жаре, но и не промокнуть. На ремне — серые кожаные перчатки, подходящие для верховой езды и для стрельбы из лука. Все пальцы обрезаны, кроме указательного и среднего на правой руке.
