Каллгира. Дорога праха полностью

Сколько столетий прошло с Катастрофы, а ещё не все её следы были стёрты. Да, на этой почве прорастали овощи и фрукты, которые ели люди, и трава, которой питался скот. Но первые саженцы и семена, которые жители бункеров принесли на поверхность, не приживались. Потребовалось несколько лет изучений и экспериментов в бункерных лабораториях, чтобы вывести такую пшеницу, рис, картошку, которые бы прорастали в этой земле и были пригодны в пищу. У животных тоже ушло время, чтобы привыкнуть к новому рациону. Несварения, отравления, расстройства, многие исхудали, отказывались от еды, которую не могли переварить. Всё здесь было иное. И всякий, кто не был готов к изменениям — отсеивался.

Тогда сгодились и бункерные очистительные системы для воды, многоступенчатые, занимавшие этажи, а некоторые — и целое крыло. Их разделили, упростили, уменьшили. Сейчас в каждом городе стояло по несколько очистительных станций, но маленькие деревни не могли себе позволить ни приобрести такую технику, ни поддерживать её работу.

— Нет, в деревнях по-другому, — сказала Казимира, потирая ушибленную о булыжник ступню. Два часа назад различала следы Ариана на земле, а теперь на огромный камень налетела. Какого зафери? — Деревенские пользуются очень старыми методами. — Время от времени Ан поглядывал назад, слушая её рассказ. — До того, как очистительные системы переиначили, в Пакране нашли родник с очень чистой водой. Изучали, смешивали, прогоняли через, — Каз покрутила рукой, изображая какой-то механизм, — ну, через что они там прогоняют. Короче, нашли микроорганизмы, которые всю дрянь из этой воды вычищали. Съедали всё, а сами для человека были неопасны. На месте того родника город основали, Лáсден. Этот способ очистки теперь так и называется «ласденский». Воду с теми микроорганизмами добавляют в колодцы, в родники. Эти маленькие полезные твари плодятся и всё очищают.

— Что-то помню такое, — сказал Ариан, почёсывая затылок и пытаясь вынуть из волос какую-то букашку, которая ему почудилась. — Нам рассказывали на уроках. Вег? Помнишь?

— Ага, — ответил тот, не оглядываясь. И как услышал с такого расстояния?

Ариан снова обернулся. Каз уже начинала скучать по тем временам, когда он её игнорировал.

— А почему эти микроорганизмы повсюду не используют? На очистительные системы-то явно трат больше, чем на горстку прожорливых ребят.

— Потому что прожорливые ребята, — будто малышу объясняла Каз, — иногда пропускают что-нибудь опасное. Животные и растения в этом освоились, а наши желудки и кишечники всё ещё не готовы ко всякой гадости, что осталась с тех времён. Плюс, в таком климате как в Гастине или где-нибудь на Крийя, эти микроорганизмы со временем мрут. То ли слишком жарко, то ли слишком холодно. Нужно завозить новую воду, и всё сначала. Утолила я твоё любопытство, княже?

— Да, спасибо, — задрав подбородок, с улыбкой ответил Ариан. Задорной, будто полчаса назад не он брёл, понурив голову от усталости.

Ан вдруг остановился, провожая взглядом остальных. Казимира осмотрелась, ища, что его испугало. Может, змею под ногами заметил, может тень какую среди деревьев? Ариан выставил руку, чтобы Каз не прошла дальше.

Почти над их головами пролетел филин. Совершенно беззвучно. Воздух не шуршал в перьях, когда филин спикировал в нескольких футах к кустам и вылетел обратно с жирнющей мышью в когтях. Ариан заворожённо провожал птицу взглядом.

— Тут мерзко, опасно и слишком много мелких тварей, которые пытаются забраться мне под рубашку, — проговорил он и оглянулся на Каз. Подавил улыбку, будто его застали за чем-то постыдным, — но, к зафери, тут очень красиво.

— Княже, когда ты в прошлый раз на виды засмотрелся, как раз к зафери ты чуть и не попал, — напомнила Казимира, обходя его.

— О, об этом. — Ан заторопился за ней.

Тонконогая его кобылка всхрапнула, попыталась вырвать поводья из рук, но не от испуга, а потому что он сильно потянул. Животное устало, требовало отдыха и лакомства. Из своей седельной сумки Каз вынула яблоко, вытерла его о рубашку и перекинула Ариану.

— О, спасибо. — Он с хрустом надкусил его.

— Да не тебе, балбес. Лошади дай.

— Так бы и сказала!

Казимира помотала головой.

— Обязательно быть такой язвой? — почти обиженным тоном спросил Ариан. Это какая-то его очередная игра? Прежде Казимира замечала за ним такое поведение только с Вегом — будто в детство заигрался.

— Ладно. Эм. Послушай. — Ариан остановился и потянулся за рукой Каз, чтобы удержать. О витиеватый корень стукнули копыта его лошади. Хрусть. Хрусть. Яблоко пропало в её пасти. Ан поморщился, может, лошадь за руку укусила. — Спасибо, что спасла меня сегодня.

Каз подождала пару секунд. Что-то должно было за этим последовать. Новая колкость, шутка, издёвка, что-то, перечёркивающее всё сказанное до. Как он это умеет.

Ариан молчал, глядя ей в глаза. Будто говорил «Эй, ты видела, каких трудов мне стоило сказать это. Ответь уже».