- Мой рюкзак, если вам не будет тяжело, - тихо произнёс я, вяло доедая суп, который теперь не казался мне таким вкусным и приятным.
Мужчина поставил рядом с кроватью рюкзак и, пожелав мне спокойной ночи, удалился, прикрыв дверь и оставив включённым тусклое бра. Разобравшись с едой, я прислушался - тихо скрипнули половицы наверху, затем кровать, а через четверть часа раздалось спокойное сопение. Я медленно сел, затем принялся стягивать с себя повязки. Через пару секунд адской боли я глядел на всё кошачьими газами, принимаясь зализывать жуткие раны, точнее, некогда ими бывшие. Теперь аккуратные швы украшали мои ноги тут и там. Было больно, но я всеми силами пытался их зализать, облегчить свою несчастную судьбу, но и это мало помогало. Силы были на исходе, а потому, с треском - в прямом смысле этого слова - принял привычный мне облик и повалился на кровать. И стоило только голове опуститься на лавандовую подушку, как я провалился в беспокойный сон.
Потекли нудные, неловкие дни, в течение которых Мари и Эрик поочерёдно отводили меня в туалет, вручив костыли, в ванную. Мне было жутко неловко, стыдно, я не уставал извиняться перед ними, а они лишь смеялись и махали руками. Ночами я прислушивался к звукам, боясь услышать вдалеке вой, крики Тёмных, вспышки магии и утром не увидеть приветливую улыбку кого-нибудь из этой четы. Книги читались взахлёб, но вскоре осталась лишь одна - история эльфов. Сложный, запутанный эльфийский язык закатывал мне шарики за ролики, а потому я всё никак не мог осилить этот талмуд. Но это нужно было сделать, чтобы хотя бы частично закончить своё образование. Новые заклятия давались с трудом, я не мог сосредоточиться и всё время желал сбежать из этого места, где меня, надо сказать, приняли, как сына.
В один из таких дней, когда листья уже почти опали с деревьев, очередную едкую тираду бывшего эльфа, начавшуюся со слов: “Я тут посмотрел на тебя и подумал”, прервал звук подъезжающей машины. Даже из своей комнатушки я расслышал довольный галдеж, смех и шутливую перебранку. И, хотя я не мог вычленить слова, пока шумел двигатель, с облегчением понял, что Тёмными здесь и не пахнет. По крайней мере, мне так показалось.
- Ну что, балерун, не хочешь поглядеть, кто там? - вновь начал зудить эльф, и я очень пожалел, что он - часть меня, и я не могу засветить ему в табло историей эльфов. Во всяком случае для него бы это был и намёк, и посыл.
- Не горю желанием, - тихо отвечаю я ему и перелистываю очередную страницу. Мне кажется, что я осилил уже не меньше пятисот, но эта - лишь девятая. Я невольно ловил себя на том, что меня больше увлекал сам язык, нежели то, что он мне пытался донести. Все эти эльфийские руны, закорючки, штрихи, имеющие свое значение - разве не красота? Разве не любопытно?
- Оторвись ты от этой книжонки, она все равно тебе не расскажет о том, как они сотнями вырезали вампиров и вырывали эмбрионы из их женщин в былые времена, - ухмыльнулся Павший, а меня начинало потряхивать от гнева.
С одной стороны, он был моим единственным толковым собеседником и каким-никаким, а другом, - громкое, конечно, слово, но и врагом он мне не был совершенно точно - а с другой стороны я уставал день за днем фильтровать его эмоции, пропускать их через себя. И именно это мне дало понять - он набирает силу, он вот-вот начнет не просто байки травить да издеваться, но и действовать. Из моей памяти еще не выветрились те мгновения, когда он завладевал моим разумом и едва не доводил до совершенно паскудных действий, не выветрился его гнев, эта квинтэссенция злости, ненависти, его дрожь и… Стыдно признаться - бесконечная сила. В те долгие дни, когда я и сесть толком не мог без помощи, эти воспоминания посещали меня чаще всего. Справедливо будет полагать, что не без помощи обладателя этой мощи. Но здравый рассудок и не пропитая честь всё ещё держали меня в узде, не давали двинуться с места в карьер и принести в мир апокалипсис. Нет, просто конец Света, как такового. Апокалипсис, всё же, нечто менее масштабное. Думаю, мы с моим милым другом до таких масштабов ещё немного не доросли.
- Ну, пап, где там твой великолепный пациент? - голос раздался ближе, и я спешно кинул книгу в рюкзак, а сам рюкзак запихал под кровать - на всякий случай, как говорится. - Маман говорила про какую-то совершенно чудную историю его появления.
- Ага, что он чуть ли не с неба на вас свалился.
- А он симпатичный?
- Все бы тебе о смазливых мальчиках думать, стерва!
- А ну заткнулись все трое!
