Холод прошёлся по телу от груди, я невольно опустил взгляд ниже, подспудно боясь увидеть торчащий из неё клинок брата. Месть снова застилала глаза, но я поторопился и вдохнул поглубже, успокоил себя.
– Что с принцем? – наконец поинтересовался я, повернувшись к Лаирендилу.
– Прости?
– Эльфийский принц, Лаирендил, который должен был занять моё место.
– А, этот, – несколько раздосадовано протянул рыжий и потёр шею, – ему уже почти восемь.
– Хорошо. Значит, у нас есть двенадцать лет, чтобы подготовить его высочеству место на троне.
– Что за чушь ты несёшь, Эмиэр? Ты – истинный Король!
– Так-то оно так, но он вполне может предъявить права на трон. И сделает это при первой же возможности. В том случае, если он сообразителен. А эльфы все чересчур сообразительны. А это в свою очередь значит, что мне придётся с ним сражаться. Если я, конечно, выживу. Но это не главное. Если принц в безопасности, а у нас в распоряжении двенадцать тысяч единиц, то наши шансы даже начинают превышать нулевые. – Отвлечься от того, что кто-то попытается занять место, более того – имеет на это все права, оказалось не просто. Но вероятности, цифры и планы забивали голову на радость. – Итак, Лаирендил, нужно, чтобы ты смог мобилизовать всех, кто способен держать в руках оружие. Нам понадобятся все до единого. Ты не такая яркая личность, как Валенсио, уж прости, а потому тебе придется очень много ездить. Если Аэлирн согласится, и у нас достанет сил, мы с магами попробуем наладить портал. Но об этом позже. У каждого тирана множество врагов, и я хочу использовать их для победы. Как только отработаем систему и приведём её в действие, я, Аэлирн, ты, и еще несколько, желательно из тех оборотней, что я выбирал лично, отправимся портить нервы этим ублюдкам.
– Зачем ты говоришь мне это, Эмиэр?
– А ты видишь здесь ещё кого-то, кто способен действовать быстро, у кого голова соображает, кому готовы верить? Не думаю. Как только Валенсио придёт в себя, соберём всех для инструктажа, хотя я бы предпочёл, чтобы ты отправился немедленно. Нужно учиться терпению, да.
Мужчина за моей спиной коротко хмыкнул и подошёл к карте, разглядывая её и беззвучно шевеля губами. Достаточно забавно выглядит, но мне было не до смеха. Когда твои мысли бурлят, как горный поток, когда одна идея сменяет другую с такой скоростью, что не успеваешь их обдумать, остаётся только надеяться на тех, кто рядом. План уничтожения Джинджера в основе своей был прост, как мысли ребенка, но мелочи, которые его составляли, могли на многое повлиять. Отправишь не того, не тем покажешься на глаза, не так заговоришь, не так применишь заклятье – и ещё много лет будут потеряны в ожидании удобного случая. А как я уже говорил, терпению мне ещё предстояло научиться. Сколько же Тёмных теперь ходит по нашим землям, сколько пресветлых эльфов попало под их кровавое влияние? И мне предстояло это выяснить самостоятельно, надеясь на шесть-семь человек за моей спиной. Положим, Аэлирну я мог доверить свой тыл, но остальные? Воспоминания о клинке, что вырезал из груди сердце, были ещё слишком свежи, боль взрывалась в темноте забвения, заставляя вздрагивать и прижимать ладонь к груди. Если ты однажды обжёгся раскалённым железом, то впредь будешь шарахаться от него, закроешь глаза и почувствуешь жар на собственной коже, как она плавится и трескается подобно фарфору в доменной печи.
– Эмиэр, ты меня слушаешь?
Ладонь на плече вырвала из воспоминаний, я вскинул взгляд на Лаирендила, прочитал в его глазах ужас. Стоит Павшему вспомнить прошлое, погрузиться в эту пучину, и вырвать его оттуда почти невозможно – она сама цепляется за него, держит острыми, холодными когтями и не пускает, стараясь испить до дна душу, обманувшую саму смерть. Могу себе представить, какая колоритная картина предстала перед моим бывшим оруженосцем – проступающие клыки, истончающаяся серая кожа, подобная старому пергамента, и жадный мрак, ускользающий из глаз. Боль в районе лопаток, тупая, горячая, почти вырвала из груди животный рык, но я удержался и кивнул мужчине, показывая, что я в порядке и вполне готов слушать.
– Что там у тебя? – с особым усилием потерев веки, я расправил плечи и поднялся из кресла.
– Я говорю, что выглядишь ты, как дерьмо, – неожиданно произнёс Лаирендил и прыснул, затем хлопнув меня по плечу. – Возвращайся к живым, повелитель, ты не пожалеешь.
