- Как насчёт секса на палубе, как только все лягут? - с заговорщической улыбкой поинтересовался мой брат, вынимая руку из моего белья и укладывая ладони на мои бёдра.
- Обалдел что ли?! - вспыхнул я, пихнув Виктора под рёбра и насупившись - щёки и уши горели нестерпимым жаром, как и плоть.
Всё же, несмотря на бесшабашность предложения и его полную незаконность, я почувствовал прилив возбуждения, а, заметив на губах брата довольную ухмылку, вылетел из его объятий и бросился в каюту. Вампир припустил за мной, довольно порыкивая, точно настигающий добычу леопард. Ввалившись в каюту, мы тут же впились друг другу в губы, точно снова давно не виделись. Мне было всё мало и мало, сердце тоскливо ныло в груди, даже когда он ласкал меня - хотелось теснее жаться к нему и шептать его имя.
Ладони брата обжигающим огнём скользили по спине, бёдрам, заставляя меня прогибаться в спине и приподниматься на цыпочки. Он чуть отдалялся, отчего я разочарованно стонал и тянулся к его губам, точно к своему единственному спасению. Высвободившись из одежды, я принялся буквально срывать с него рубашку и плащ, затем припадая губами к его крепкой груди, слушая довольные вздохи брата. Подхватив меня под ляжки, пока я обнимал его у шеи, он уложил мои ноги себе на бёдра, а затем прижал к стене, принимаясь мучить мою шею поцелуями и укусами. Через несколько мгновений возни с брюками, он принялся вталкиваться в меня, довольно порыкивая и постанывая. Нетерпеливо толкнувшись бёдрами навстречу и насадившись на него, я почувствовал, как внутри разгорается самый настоящий пожар - мужчина прокусил кожу на моей шее. А с укусом вампир вводит в тело жертвы сильнейший афродизиак, и я в тот миг получил полную дозу. Тело разрывалось от желания и удовольствия, каждое прикосновение - даже незаметное вырывало из груди стоны и вздохи, крики же мне с трудом удавалось сдерживать - чтобы не смущать своих соседей и не мешать им отдыхать.
Он вновь был груб и нежен одновременно, ладони его успевали оказываться буквально везде на моём теле - пару раз мне даже казалось, что его пальцы касаются чувствительных пальцев ног. Хриплое дыхание брата обжигало кожу возле уха и дарило неземное удовольствия, заставляя каждый раз пытаться подстроиться под его ритм. Я елозил спиной по стене под его мощными толчками и впивался ногтями в его спину, забываясь.
- Ну ты и дурак, Льюис, - вздохнул Павший, и в какой-то миг мне даже показалось, что я увидел расплывчатый силуэт на кровати - но лишь на миг, а затем вампир вновь укусил меня, и я потерял всякий контакт с реальностью - остались лишь безумное удовольствие и страсть, превратившие меня в одну сплошную эрогенную зону.
Но стоило мне кончить, как брат уселся на кровать, а меня снял со своей плоти, но усадил у себя между ног, утыкая лицом в член и ничего не говоря - он с трудом дышал и довольно посмеивался. Капли испарины появились на его крепком теле, а плоть чуть подрагивала от возбуждения, на головке, самой щёлочке, замерла капля смазки. Теряя разум, я принялся погружать его плоть в рот, помогая себе рукой и чувствуя себя отчего-то последней блядью, но и это сейчас доставляло безумное удовольствие. В его резких движениях, когда он подавался бёдрами мне навстречу и запутывался пальцами в моих волосах, чувствовалась даже некоторая злоба, словно я провинился перед ним во всех существующих грехах всех религий. Семя обильно излилось в мой рот, густое, горьковатое, но сплюнуть его мне мужчина не позволил, затыкая мой рот поцелуем и буквально заставляя проглотить, а затем заваливая на кровать.
Глаза его лихорадочно, странно блестели, губы изгибались в непривычной усмешке, заставляя смущаться и волноваться, недоверчиво глядеть на него. Но затем вновь всё растаяло в страсти и похоти мужчины.
