Расположившись в гостиной нашей звезды, мы открыли очередную бутылку вина.
— Вика, а может ты здесь поживёшь, пока я на гастролях? — спросила, как бы между делом, у Вяземской Алексия, а я поперхнулся вином. — За Алексеем, заодно, присмотришь…
— Как вариант. — кивнула Вика с улыбкой, с огромным удовольствием колотя меня по спине. — Тотальный контроль за вьюношем нашим, со взором горящим, установить не обещаю, но сделаю всё, что смогу, Леся!
— Спасибо, подруга! — поблагодарила хозяйка квартиры.
— Э-э-э… — начал я приходить в себя.
— Молчи! — в один голос воскликнули девушки.
А какой у меня был выход — только смирится. Да и льстила, в конце концов, такая «трогательная забота» моему самолюбию. И я решил поменять тему, а то мои красавицы ещё что-нибудь, не дай бог, придумают:
— Мы с вами Сашку Петрова совсем забыли в Сочи пригласить.
— Точно! — хлопнула себя по лбу Леся ладошкой. — Как же неудобно получилось! Лёшка, звони ему, но не говори, что мы про него совсем забыли.
Действительно, получилось очень некрасиво! Было стыдно не сколько перед другом, а перед собой. Может прав Прохор? И мне новый статус, бабки и самолёты в голову ударили? Надо срочно исправлять свои ошибки.
— Сашка, ты ещё не спишь? — спросил я, услышав «Алло».
— Готовлюсь ко сну, твоё высочество! — это прозвучало как издёвка, особенно в контексте моих мыслей о себе, но было понятно, что мой друг меня просто троллит. — Что хотел, Лёха?
— Не я хотел, Саша, а Алексия. Сейчас ей трубку дам.
— Привет, Александр! Как дела? — поинтересовалась девушка. Выслушав ответ, сказала. — Хочу тебя на свой концерт в Сочи пригласить в эту субботу. Понимаю, что неожиданно. Отдаю трубку обратно Алексею, он тебе всё остальное расскажет. — она вернула мне телефон.
— Саш, так получилось, что у меня теперь есть самолёт. Два часа, и мы в Сочи. У Пожарских в Мацесте поместье есть, так что с жильём проблем не будет.
— Ну, вы даёте! — сказал Петров. — Конечно же, я согласен! А покупаться в море успеем?
— Всё успеем, Сашка! До пятницы с тобой свяжусь, обговорим подробности. Спокойной ночи!
— И тебе… Неспокойной! — хмыкнул он. — Пока!
— Я так понимаю, что всё хорошо, он согласен? — улыбалась Леся.
— Да. — кивнул я.
— Отлично. Я, кстати, со своей девочкой переговорила насчёт Александра. — продолжила она. — Та согласилась, да и денежка вышла совсем невеликая. У Прохора возьму, не переживай. — успокоила она меня. — Вика, проследишь, чтобы Петров не отказался от подарка?
— Уж будь уверена, не откажется! — хмыкнула Вяземская. — Прослежу! И вообще, Леся, тебе не кажется, что наш с тобой подарок засиделся? Вино вон пьёт, комплиментов нам, таким красивым, добрым и замечательным, не говорит, в то время, когда мы устройством личной жизни его друга озабочены? А-а?
— И то верно, Вика! Что будем делать с подарком?
— А что с такими подарками делают? Разворачивают и смотрят, к чему бы приспособить…
— Прохор, поможешь Леське самолёт подобрать? — именно такой фразой началось наше общение с моим воспитателем, когда я зашёл в свою квартиру утром в среду.
— Ты, Лёшка, совсем берегов не видишь? — он отставил в сторону чашку. — Самолёт — это тебе не банка горошка для салата, не машина, которую ты подбираешь исходя из того, куда едешь! И даже не марка Калашникова, подходящая для той, или иной операции! Это самолёт, Лёшка! В которых я совсем ничего не понимаю!
— Ты чего завёлся-то? — усмехнулся я. — Здесь же всё просто — узнай сколько народа будет летать, будет ли с ними аппаратура, или она перемещается по железке, другие там какие вопросы… Логистика, короче.
— Какая ещё логистика, Лёшка? Ты издеваешься? — Прохор действительно начал нервничать.
— На понятном тебе языке это называется «обеспечение». Не умеешь сам… обеспечивать — найди людей, которые умеют. Кто мне говорил, что я второе лицо в порядке наследования целой Российской Империей? А ты, на секундочку, мой любимый воспитатель! — решил я «подсластить пилюлю». — Вот и будь добр соответствовать этому высокому званию!
Крыть было нечем, и Прохор так и замер с уже готовыми сорваться с языка очередными отмазками.
— Есть, соответствовать, твоё Императорское высочество… — кивнул он грустно. — В сковородке омлет, на столе бутерброды. И как же было спокойно в Смоленском имении!
Ворвавшаяся в квартиру Вяземская ополовинила мой омлет и прихватила с собой пару бутербродов — она, видите ли, уже опаздывала на службу. Следующей появилась Леся, которая плотно взяла Прохора в оборот именно насчёт самолёта, а я спокойно направился в Университет в сопровождении уже пары других полицейских.
Долгорукие и Юсупова уже были на месте. Поручкавшись с улыбающимся Андреем, я протиснулся, как ни в чём небывало, на «своё» место между девушками.
— Привет, красавицы! — поздоровался я.
— Мы с тобой не разговариваем! — отвернулась Инга.
— Что за детский сад? — ничуть не расстроился я, встал, пошёл обратно и сел рядом с Долгоруким, с другой стороны от девушек. — Как дела, Андрей?
— Нормально. — улыбался он. — Но по дороге домой будет хуже… Судя по настроению наших красавиц, злость свою они выместят на мне.
