– Как это возможно? – потребовал он. – Сколько стоит такая бумага? Где вы ее изготовили.
Сказочник усмехнулся.
– Это уже совершенно не ваша забота. Я лишь надеюсь, что успокоил ваши страхи?
И породил тучу новых, подумал Принц.
– Откуда вы знаете, кто я? – выпалил он.
– Ах, вы явно дочитали до подписей, – с шутливым одобрением констатировал Сказочник. – У меня есть свои осведомители. Я же сказал вам, Гильдия не привязана ни к какому государству, и ваши перемещения для меня не загадка. Ваши должность и родословная для меня совершенно не важны. Я уже пояснял, почему жалую именно этот дом – здесь время от времени попадаются интересные сочинители.
Принц потряс Контрактом.
– Вы же понимаете, что здесь слишком много странного?
– Непонятного, – поправил его Сказочник, немного смягчаясь. – Непонятное кажется странным, только пока не удается его прояснить.
– Хорошо… – согласился Принц, удивляясь перемене в его тоне. – Давайте же тогда, как мы и планировали, идти по порядку. Вопросов предостаточно.
– Прошу, – подбодрил его Сказочник.
– Во-первых, – начал Принц. – Работы, что я должен буду написать, здесь просто именуются сочинениями, без каких-либо уточнений или ограничений по форме, размеру или жанру. Есть лишь одна оговорка о том, что они должны, секундочку… – Принц пролистал бумаги до нужного фрагмента, – что они должны «повиноваться правилам художественного вымысла и не являть собою научный или философский труд». Я не совсем понимаю: что я буду писать? Если я осмелюсь что-то предполагать, исходя из вашего имени…
Сказочник усмехнулся.
– Это так. Вы будете писать маленькие сказки. Или большие, если вам заблагорассудится. Рассказы, если вам угодно. Один господин лет двадцать назад предпочитал именовать их новеллами. Очень на этом настаивал. Мне, право, совершенно все равно. Называйте их, как хотите. Для меня все они сказки.
– Значит, сказки? – переспросил Принц.
– Новеллы, рассказы, – отмахнулся Сказочник. – Я не настаиваю. Художественные произведения.
– О чем?
– О чем угодно!
– Совершенно?
– Абсолютно! Только не пишите трактат по ботанике. Мне нужна законченная художественная история на любой выбранный вами сюжет любой степени достоверности. Главное – пишите хорошо.
– Боюсь, в таком случае, что мой следующий вопрос покажется вам немного дерзким, – начал Принц.
Сказочник пожал плечами:
– Я к вашим услугам.
– Зачем… – Принц замялся. – Зачем вам нужны эти… рассказы?
– Ах, – рассмеялся Сказочник, – это и есть ваш вопрос. Право же, вы умеете удивить. Это совершенно логичный, резонный вопрос! Мне стоило поднять его гораздо раньше и сделать это самому. Дело в том, что я спешу составить сборник. Сроки поджимают, как и всегда – как и двадцать, и десть, и пять лет назад. Поэтому при отборе авторов я вынужден действовать немного неразборчиво. Однако интуиция еще ни разу не подводила меня.
– А как же журналы, – нахмурился Принц, – газеты? Иные авторы многое бы отдали за возможность попасть в этот ваш сборник.
– Видите ли, – хитро улыбнулся сказочник, —сборник предназначен скорее для частной коллекции. Это вопрос скорее вознаграждения, нежели охвата аудитории. Мне думается, что далеко не всем авторам, пишущим в журналы, интересно то, что я предлагаю. Вы же…
– Не имею выбора, – закончил за него Принц.
– Зачем же так уныло! – как-то уж слишком рьяно возмутился Сказочник. – К чему эта безысходность? Я просто даю вам прекрасную возможность поднатореть в сочинительстве и заработать на этом. А там, как знать, в какие руки попадет ваша работа.
И он многозначительно подмигнул.
Принц снова посмотрел на Контракт.
– Предположим, что это и вправду так, – допустил он, – но дальше начинается самое, как вы изволили выразиться, неясное.
Сказочник сложил руки домиком и изобразил внимание.
– Здесь сказано, – зачитал Принц, – что я берусь «написать три законченных оригинальных художественных произведения, а также, по дополнительной договоренности и за дополнительное вознаграждение, восполнить недостающее число сочинений по предыдущей редакции Контракта», причем, как я вычитал ниже, на сегодняшнюю дату дефицит составляет всего лишь одну работу. Далее, – Принц перелистнул еще несколько страниц, – здесь указывается, что в случае моего «нежелания или же неспособности завершить вовремя требуемое число сочинений обязанность по написанию недостающих историй переходит на лицо, указанное Сочинителем», то есть мною, или же на «лицо, указанное предыдущими Сочинителями, за чьим именем числится долг». Причем все это – в зависимости от того, кто из двух упомянутых правопреемников раньше изъявит готовность погасить оставленный мною или моими предшественниками долг. Как это понимать? Я никогда не видел такого необычного способа передачи ответственности.
– Поверьте мне, – сощурился Сказочник, – он встречается сплошь и рядом, только он не документируется.
– И все же, – возразил Принц, – мне некого указать.
– Совсем? – искренне удивился Сказочник.
– Совершенно, – безапелляционно отрезал Принц. – Передать свой долг другому человеку для меня немыслимо.
