– Ваше высочество, – мягко напомнил ему Сказочник. – Напомню вам также, что мы не обсудили самое главное. Ваше предлагаемое вознаграждение. Скажите, вы довольны?
Принц непонимающе моргнул. Вознаграждение! Он даже не думал об этом. Неловко пролистав документ до нужной страницы, он отыскал соответствующую статью.
– Ваш комментарий?
Напрягая уставшие глаза, Принц вгляделся в аккуратно начертанные числа. Много ли это было? Мало ли? Сможет ли он прожить на такую сумму целый год? Насколько он понимал в местной валюте, для наследника престола это был сущий пустяк, а для бедствующего писателя – щедрое жалование. Какая ипостась была ему ближе? Какую часть себя прежнего он сумел сохранить?
– Оно удовлетворительно, – прохрипел с непривычки Принц. Это были его первые слова за несколько мучительно долгих минут.
Сказочник поднялся и, вежливо поклонившись, двинулся к выходу. Когда он проходил мимо, Принц неожиданно вздрогнул, как будто его обдало морозным воздухом. Ощущение пропало так же стремительно, как и появилось, и он списал его на нервозность.
Сказочник мягко притворил за собой дверь, оставив Принца наедине с Контрактом.
Настал вечер, наступила ночь, но Сказочник все не возвращался. Принц перечитал Контракт уже с добрый десяток раз и все еще не придумал ни одной поправки. Целый ряд условий казался ему двусмысленным и зловещим, но он боялся сделать еще хуже неграмотной модификацией. Он все больше склонялся к тому, чтобы ничего не менять.
Кого же он мог назначить на эту злополучную позицию должника? У него не было близких друзей. Отец, Джозеф, несколько старинных товарищей, которых он видел в лучшем случае несколько раз в год – все эти варианты были настолько абсурдными, что вспомнить о них можно было разве что от отчаяния. И тем не менее… Какая разница, кого писать, ежели Сказочник говорил правду? Он так складно все объяснил…
Принц бросил взгляд в сторону окна. Ночь осветилась огоньками засыпающего города. Где же был Сказочник? Принц еще раз взялся за документы, но вскоре раздраженно бросил их на стол, не до читав и до середины. Нужно было вписать хоть кого-то. Сказочник будет с минуты на минуту. Что-то задержало его.
В окне напротив мелькнули две тени – силуэт дамы и тень поменьше. Ребенок. Почему он раньше никогда не замечал эту семью? Неужели он так редко выглядывал в окно?
Принц осознал, что он забыл затворить шторы после того, как с утра выглядывал на улицу. До этого, за все время, что он жил у Хмурого Лоренцо, ему даже ни разу не пришло в голову их распахнуть.
Принц снова посмотрел на мать и ребенка. Час был слишком поздним – обычно в это время большинство родителей уже укладывало своих детей спать. Что же мешало им? Почему она разрешала ребенку засиживаться допоздна? Лихорадка вступительных испытаний в Академию уже давно сошла на нет. Принц даже не знал, чем она завершилась и как проходили экзамены – он слишком долго адаптировался в городе и совершенно не подумал о его главной достопримечательности. Могла ли столь юная семья найти иные поводы, чтобы так сильно нарушать режим? Может быть, в Герцогстве отмечали какой-то праздник?
А в окне между тем появился второй взрослый силуэт, и на этот раз он принадлежал мужчине. Вновь пришедший нагнулся к ребенку и взъерошил ему волосы, а затем обнял женщину. Мать и ребенок взяли его за обе руки и увели за собой. Видение исчезло.
Принц раздраженно задвинул штору и плюхнулся на кровать. В его возрасте уже полагалось иметь семью, но отец никак не мог найти ему подходящую невесту. Навряд ли Рихард рассматривал герцогство как сильного союзника, ради которого стоило лишать себя такого козыря, как неженатый наследник. Даже до известных событий вопрос взаимоотношений двух стран был скорее территориальным, и Изабелла в глазах Рихарда была далеко не идеальной кандидатурой. Но разве все это было важно, когда Принц впервые в жизни по-настоящему полюбил? Он влюблялся до этого, и влюблялся страстно, но сейчас чувство было другим. Безрассудным, обреченным, безответным – самым что ни на есть настоящим.
Увидит ли он ее когда-нибудь? Сможет ли она простить?
Он ненавидел свое одиночество всем сердцем. Ненавидел его так, как ненавидят живого человека из плоти и крови. Оно как будто стояло за его спиной и ехидно заглядывало ему через плечо, отталкивало от него людей, смеялось над ним и строило ему козни.
Принц отрешенно взял Контракт и, чтобы хоть как-то забыться, стал перелистывать страницы. На злополучной статье о наследнике долга его осенило.
Сердце заколотилось. Заминая страницы, он судорожно пролистал немного назад и отыскал другую статью. Он перечитал ее несколько раз, чтобы удостовериться в том, что не ошибся, и даже после этого не остался уверен.
Получалось так: если бы он подписался сейчас написать все четыре сказки и намеренно не закончил одну, он все равно получил бы свое вознаграждение за три написанных. Далее в дело вступали наследники – тот, что был указан в предыдущей редакции Контракта, и тот, которого укажет он.
