– Скажите, вы не научите меня, как лучше пройти к улице Лудильщиков? – спросил Принц, не позволяя столь прохладному приветствию сбить себя с толку.
– Лудильщиков? – прохрипел хозяин комнат.
– Именно, – кивнул Принц.
– Хм, – задумался Лоренцо. – Мне такая неведома! Синьор ничего не путает?
– Я почти уверен, – растерялся Принц, доставая из кармана бумажку с адресом. – Поглядите-ка.
– Хм, – Лоренцо нахмурил брови, вглядываясь в аккуратный почерк Сказочника. – Как по мне, так тут и вправду написано, как вы говорите. Только вот в Саджии улицы такой нет.
– Может быть, ее просто переименовали, а раньше она называлась как-то иначе? —с надеждой предложил Принц.
– Всякое бывает, – согласился Лоренцо, – вот только я о таком не слыхал. Уж вы простите.
Он виновато посмотрел в пол, как будто бы таинственное исчезновение улицы Лудильщиков и вправду было его упущением.
– Досадно, – вздохнул Принц, стараясь не выдать стремительно накатывающую на него волну паники.
– Спрошу, пожалуй, у женушки, – предложил Лоренцо, ободряюще похлопывая Принца по плечу. – Вы же знаете, у меня память дырявая, как решето. Может статься, благоверная моя чего-нибудь упомнит.
Он скрылся в смежной комнате, оставляя Принца наедине с невеселыми мыслями. Принц грустно улыбнулся ему вслед.
Прозвище «Хмурый» подходило бородатому исполину только на первый взгляд. На самом же деле за пасмурным фасадом скрывался сердобольный и внимательный человек, который зачастую относился к своим постояльцам, как к детям. Его нежелание совать нос в чужие дела немудрено было принять за безразличие, но все, кому доводилось поближе узнать Хмурого Лоренцо, признавали в нем неравнодушное сердце, которое всегда радо было прийти на выручку.
Верный своему слову, он вернулся через несколько минут и снова удрученно помотал головой.
– Увы, синьор, мы не припоминаем такой улицы. Да и откуда в Саджии лудильщики? Даже такие честные труженики, как я, становятся здесь редкостью. Народ все больше тяготеет ко всяким диковинным профессиям, все больше в городе людей, ученых грамоте. Лудильщиков надо бы искать в предместьях, но никак не в самой Саджии.
Принц поблагодарил хозяина и натянуто улыбнулся.
Не придумав ничего лучше, он все же вышел на улицу и огляделся. Принц заставил себя успокоиться. Лоренцо хорошо ориентировался в Саджии, но даже его знания не были безграничными. Он мог ошибаться. Он мог и вправду пропустить, как одна из улиц была переименована. Да и Сказочник мог иметь в виду улицу одного из предместий. Паниковать было решительно рано. До десяти еще было предостаточно времени.
Однако расспросы ничего не дали: никто из прохожих не слыхал об улице Лудильщиков. Принцу посчастливилось натолкнуться на констебля, но и тот лишь пожал плечами – он с рождения проживал в городе и добросовестно патрулировал его вот уже двадцать семь лет, но на такой улице ему бывать не доводилось.
Когда часы на ратуше пробили девять, Принц нырнул в первую попавшуюся книжную лавку и попросил карту. У него было плохое предчувствие.
Добрую четверть часа он, призвав на помощь продавца, упорно пытался разглядеть роковое название на хитросплетении линий, но даже две пары глаз оказались бессильны перед загадкой Сказочника.
Паника переросла в отчаяние. Десятый удар часов застал Принца бесцельно бродящим по городу и едва не рвущим на себе волосы. Он балансировал между ужасом перед неизбежным опозданием на службу и растущим недоверием к Сказочнику. Возможно, вся эта афера все же была частью некой несомненно очень остроумной шутки?
Часы замолкли. Принц свернул в очередной произвольно выбранный переулок и остановился как вкопанный. Немного потускневшая, но весьма различимая вывеска гласила: улица Лудильщиков, 24. Принц даже моргнул для верности, но вывеска никуда не исчезла – она по-прежнему висела на своем месте на серой каменной стене и, казалось, насмешливо подмигивала из-под налета пыли.
Это была невероятная удача. Стало быть, неуловимая улица все же существовала! Немудрено, что никто о ней не знал – это был скорее переулок третьестепенной значимости, нежели полноценная улица.
Как бы там ни было, она нашлась!
Вокруг не было ни души. Вниз по улице виднелось крыльцо из двух ступенек и более чем скромного навеса. С обеих сторон принца обступали высокие серые стены. Каждый последующий этаж выступал над предыдущим и последние, третьи, почти смыкались, оставляя лишь одну холодную полоску утреннего неба. Странно, но ни на одной из стен не было окон. Весь этот закоулок казался вызывающе неуместным для приветливой желтовато-коричневой Саджии и ее ярких черепиц цветов кобальта и кирпича.
Принц бросил прощальный взгляд на город за своей спиной, стараясь запомнить, откуда он пришел. Не теряя больше времени, он подошел к одинокому крыльцу и постучал. Дверь со скрипом отворилась ему навстречу, и он от неожиданности немного отпрянул.
Ему открылась полутемная прихожая. Принц настороженно шагнул внутрь и позвал:
– Сказочник! Вы здесь?
Тишина.
