Кроме прочего, школа «Цет» послужила Штернбергу удобным предлогом, чтобы как можно реже появляться в Мюнхенском институте тайных наук. Оккультный отдел «Аненербе» возглавил Мёльдерс, и с тех пор всё шло отвратительно. Дурацкая затея за каким-то дьяволом мериться с чёрным магом силами представлялась теперь Штернбергу просто безумной, он вообще жалел, что когда-то по глупости расшевелил эту гадюку.
События, предшествовавшие назначению Мёльдерса на пост главы отдела, в очередной раз показали Штернбергу, с кем он связался. Когда на испытаниях устройства, созданного в ходе работ над проектом «Чёрный вихрь», погибли несколько учёных «Аненербе», руководство не слишком встревожилось: во время экспериментов иногда страдали люди, а Мёльдерс, поговаривали, изобретал какое-то оружие. Чернокнижник набрал новую команду учёных, оправдывая это тем, что в его собственном подотделе нет людей с необходимой специализацией. Испытания продолжились – и завершились с тем же результатом. Мёльдерс потребовал новых экстрасенсов, физиков и техников. Но тут Эзау, давно уже не вмешивавшийся в дела заместителя, запротестовал.
– Это же уникальные специалисты, – возмущался он, – а вы гоните их на убой, точно скотину. Число наших сотрудников и без того ограниченно. До каких пор это будет продолжаться?
– Пока эти бездельники не придумают эффективную защиту для операторов, – ухмыльнулся Мёльдерс.
Следующую партию специалистов он выбил с помощью Каммлера, также участвовавшего в проекте, руководившего строительством подземных бункеров для смертоносных устройств. Каммлер предоставил в распоряжение Мёльдерса целый концлагерь, а чернокнижник продемонстрировал Гиммлеру кинофильм об испытании своего устройства на узниках, после чего Гиммлер позаботился о выполнении всех требований стервятника. Эзау, через голову которого решалась участь его подчинённых, был взбешён.
– Да у него что, белая горячка? Он идиот – или специально выкашивает чужие подотделы? Клянусь, я смешаю с дерьмом этого чёртова маньяка, – говорил Эзау о Мёльдерсе.
Штернберг был полностью солидарен с начальником. Эзау отправился к Гиммлеру, а Штернберг выступил в одном из изданий «Аненербе» со статьёй, в которой громил «убийц немецких учёных». Последовавший за этой публикацией скандал был на руку Эзау: ничего не добившись у рейхсфюрера, он от своего имени издал указ, запретив сотрудникам оккультного отдела участвовать в проекте Мёльдерса. Душная тень накрыла мюнхенский институт. Штернберг, предчувствуя недоброе, забрал из редакции вторую статью и на другой день два часа просидел на очередном собрании, не открывая рта, только слушая, как не на шутку разошедшийся Эзау в прах разносит весь подотдел чернокнижника. С самого начала Штернберг решительно перечеркнул в себе желание остеречь начальника от скоропалительных действий. Вздумал посмотреть, что из всего этого выйдет.
Ждать пришлось недолго.
– Это саботаж! – кричал Гиммлер на Эзау. – Вы срываете важнейшие исследования! Именно сейчас, когда нашим солдатам требуется новое оружие! Уж не работаете ли вы на большевиков? Я вышвырну вас из института!
Когда Эзау, совершенно белый, вышел за дверь, к нему подошёл какой-то человек и быстро заговорил что-то на ухо. Эзау вдруг стал задыхаться, хватаясь за сердце.
Больше Эзау в институте не появлялся. Он слёг в больницу после того, как в один день лишился должности, узнал о смерти сына и о тяжёлом состоянии жены. Мальчик, учившийся в Наполас[27], погиб, когда неизвестный закинул в учебный окоп к двенадцатилетним юнгманам боевую гранату. У жены Эзау случился выкидыш, когда ей доставили извещение о гибели сына.
Мёльдерс настаивал на том, что истинным инициатором попытки сорвать проект «Чёрный вихрь» был Штернберг, и всё потрясал журналом со скандальной статьёй, но Гиммлер, пробежавшись взглядом по первому столбцу статьи, хмыкнул и заявил: «Ну хоть иногда кто-то должен вас критиковать».
