Я все-таки зажмурилась, чувствуя, как рядом напрягся Атари. Не видеть этих решеток из потемневшего бамбука. Еще бы не слышать смешки стражников и как назойливо капает где-то вода. Торн что-то коротко шепнул моему жениху. Кажется, приказал не лезть.
То, что устраивать прорыв безнадежно, мы поняли почти сразу. Даже если мы милостью каму и грубой силой сломаем решетку, даже если Торн и Атари голыми руками смогут одолеть стражников с их короткими копьями, дальше мы не пройдем. Здесь по паре вооруженных мужчин за каждым поворотом, через три десятка шагов по этим каменным коридорам мы точно поляжем все.
— А что, красавчик, ты по женской ласке соскучился?
От неожиданности я открыла глаза. Оберегающая поднялась и подошла к решетке, покачивая бедрами.
— Руэна, не смей! — голос Торна хлестнул, как плеть. Оберегающая обернулась к нему с улыбкой, но глаза на бледном лице казались огромными.
— Всего лишь инструмент, ты сам говорил, — тихо сказала она и отвернулась обратно к стражникам. — Ну, славные воины, так что насчет ласки?
Стражники переглянулись. Рядом со мной подобрался Атари. Лицо Торна ничего не выражало, но глаза блестели, как у больного степной лихорадкой.
— Твой дружок, видать, против, — усмехнулся плечистый. — Но он не дотянется через решётку, а мы-то уж тебя без ласки не оставим.
— А он будет смотреть, — коротышка перебирал ключи на поясе и едва ли не облизывался.
Я понимала, что оберегающая хочет дать нам шанс. Хотя бы не ломать решетку… Я понимала, что надо приготовиться к прыжку, к бегству, к бою. Но мы же вроде обсудили… Ужас приковал меня к сырому каменному полу. А если не выйдет? А потом… Атари схватил мою ладонь через бамбуковую загородку и сжал до хруста. Я поняла, что он хотел мне сказать. Нет уж, они меня не коснутся, по крайней мере, живую.
Щёлкнул замок. Коротышка стоял рядом, выставив копье в нашу сторону.
— Даже не думай, — оскалился плечистый в лицо метнувшемуся к решетке Торну, выволакивая Руэну за плечо из камеры. Коротышка по имени Бакуми ткнул син-тара в грудь копьем, и тот отшагнул назад. Хотя что он мог сделать через решетку?
— Да не переживай ты так, — плечистый лыбился, глядя на Торна. — Ей понравится, вот увидишь.
Коротышка отошел к повороту коридора. Его рослый приятель взял Руэну за плечи и толкнул в другой конец галереи, к сторожевому посту. Оберегающая улыбалась, и от этого мне стало жутко. В полумраке тюремного коридора я поймала ее взгляд из-за плеча стражника, который развязывал пояс на монашеском серо-голубом халате Руэны.
«Зачем?!» — хотелось крикнуть мне. Пояс Руэны упал на пол, затрещала ткань в жадной хватке грубой руки. Зачем оберегающая это делает?! Ведь было ясно, что через всю тюремную стражу нам не пробиться!
Дрогнула решетка. Это син-тар обрушился на нее всем телом, всей силой гнева и ярости. Взгляд у Торна был безумный. К син-тару уже снова спешил коротышка, нацеливая копье. Второй пояс упал на пол — засаленный, бывший некогда красным. Я зажмурилась, мечтая потерять сознание, как там, в копях. Послышался грохот, звон, яростный рык плечистого и вопль коротышки: «Убью, тварь!»
— Руэна! — заметался по подземелью вопль син-тара.
— Постой-ка тут с копьем, Бакуми, — задыхаясь, прорычал плечистый. — Еще раз попробует так сделать, пригвозди эту сучку к полу. А ну…
И тут оберегающая закричала. Кажется, я закричала вместе с ней, чувствуя, как Атари до боли сжимает мое плечо. Вскрик Руэны. И еще. И еще. Ритмичный, как стук вездесущих капель. И новый голос, звенящий гневом:
— Каких ёкаев здесь происходит?!
***
Когда дверь в тюремную галерею на мгновения открылась, впуская чуть больше света, я понял, что слишком сильно сжимаю плечо Юко, и убрал руку. Син-тар перестал трясти решётку, он резко, глубоко вдохнул и встал у входа в камеру.
А гневный голос всё гремел:
— Я, кажется, задал вопрос! Что это за девка?
— Господин Изаму, она сама…
Слова стражника прервались звуком громкой оплеухи.
— Ты. Уведи её обратно в камеру. А ты, сын ёкая, натягивай портки на свою голую жопу и покажи мне того типа, который называет себя син-таром Ямата.
Руэна возвращалась к своей камере. Оберегающая шла низко опустив голову, запинаясь на каждом шагу. Когда она шла слишком медленно, её слегка подталкивал вперед носатый стражник. Она прижимала к себе охапку одежды. Стражник затолкнул Руэну в камеру к Юко и закрыл дверь. Руэна осталась стоять у порога. Она смотрела прямо перед собой и молчала.
Я повернулся к Торну. Тот стоял у дверей нашей камеры. Он был бледен, но выглядел спокойным. К нам подошли двое. Плечистый стражник, красный как вареный рак, указывал на син-тара, а за ним стоял хмурый обладатель гневного голоса.
— Ты что ли человек, называющий себя син-таром?
— А кто спрашивает? — спокойно ответил Торн.
— Начальник ночной стражи, Изаму.
— Я син-тар Торн Ямата, достойный Изаму, — сказал все тем же недрогнувшим голосом Торн.
В этот момент я решил, что каму горя захватили разум моего господина, но тот посмотрел на меня и коротко улыбнулся. Я понял, что вмешиваться не стоит.
