Его животные были, наверное, самыми разумными представителями своего вида: и если с Роллом всё было понятно – он, как-никак, мощное оружие в виде миленькой зверюшки, то Хиберд действительно обладал далеко не птичьим интеллектом. Молодой кенар понимал значение фраз «я устал», «отстань», «пой», «лети домой (или ещё куда-нибудь, например в Кокуё-лэнд или к Саваде, если нужно)» своего хозяина и послушно выполнял эти команды, не забывая при этом радовать Хибари гимном Намимори и выполнять функцию сверхточного будильника. В ответ юноша предоставлял ему крышу над головой, вкусную еду и своё внимание и ласку.
Стрелки наручных часов незаметно приблизились к десяти утра, и Кёя, закончив сборы, поспешил проверить дом на закрытие окон, выключенных электроприборов, газа и воды. Он рассчитывал вернуться в Японию, в Намимори, и не желал по приезду увидеть пепелище или бассейн вместо дома. У ворот просигналило такси, и Хибари, обув кеды, вернув Ролла в коробочку Вонголы и взяв чемодан за ручку, вышел во двор. Хиберд сел хозяину на голову и, чирикая, наблюдал, как тот закрывал входную дверь.
Ключ упёрся, извещая, что замок надёжно заперт; юноша, открыл калитку и подошёл к машине. Водитель добродушно предложил помощь в погрузке чемодана в багажник и Кёя не стал возражать. Заняв место рядом с водителем, Хибари устремил взор на родительский дом и подумал, что внутри начинается лёгкое волнение: это будет его первая поездка за границу. Не то чтобы он рвался исследовать далёкие дали, но разумное любопытство было.
Таксист захлопнул багажник и вернулся в автомобиль, включая зажигание. Машина тронулась в направлении международного аэропорта «Нарита», где юного хранителя облака Вонголы должен был встретить Реборн, чтобы передать билеты и провести через пассажирский контроль: до совершеннолетия Хибари оставалось ещё три года и три дня*.
***
Случайно подслушанный разговор Кусакабе Тетсуи с директором вызвал у Савады ступор. Хибари покинул свой пост главы ДК и взял академический отпуск?! Тсунаёши пришлось раз десять хлопать в ладони и прислушиваться к доносившимся со двора звукам, чтобы убедиться в правильности своего слуха. Однако ничья речь не искажалась, и пришлось поверить, что со здоровьем всё хорошо. Но как такое было возможно, чтобы Хибари Кёя – тот самый Ака¹ Хибари, который любил школу до слепого обожания и жестоко расправлялся с нарушителями малейших правил – вдруг решил уйти в отставку и, более того, взять перерыв во время триместра?
Хранитель облака Вонголы был старше своего Босса на два года, и в следующем году должен был навсегда покинуть стены школы и пойти учиться в колледж или университет. Ему даже экзамены можно было не сдавать: отличник учёбы и президент школьного комитета дисциплины – таких брали, что называется, нарасхват любые ВУЗы страны. Но это при условии, что у старшеклассника не было пропусков учебного курса и его не снимали с должности. Тсуна схватился за щёки и отчаянно замотал головой: похоже, его хранитель сам принял решение о своей отставке, а значит, последнее условие ещё можно было оспорить, но вот его запрос об отпуске… Этого Савада понять не мог.
Хоть от Хибари Кёи будущий Дечимо и просто Тсуна редко получал что-то кроме синяков и обидных фраз, этот высокомерный выскочка, помешанный на дисциплине и драках стал по-своему дорог Саваде. Один из шести хранителей Вонголы, один из его верных союзников и друзей, на которых можно положиться – пусть глава ДК и заявлял о сугубо личных (порой до смеху глупых) причинах помощи «стаду травоядных», он никогда не предавал. В памяти Тсунаёши ещё свежи были воспоминания битв с Гаммой и Геншики, когда Хибари заявился на помощь в самый последний момент, придумав найнелепейшие отговорки типа нарушения тишины в Намимори и слишком густых бровей, запрещённых ДК. А ещё он помогал унести раненых Гокудеру с Такеши с поля боя.
«Что же произошло с Хибари-саном? – Растерянный и несколько напуганный известием, Савада дошёл до двери своего класса и, не замечая радостных восклицаний Гокудеры, прошёл на своё место. Хаято, почуяв неладное, тотчас оказался рядом. – Он бы никогда не бросил комитет и школу без очень веской на то причины».
– Джудайме, всё в порядке? Выглядите обеспокоенным.
– Даже не знаю… Я шёл на урок, когда услышал голоса Кусакабе-сана и директора, было похоже, что они о чём-то спорили. Я случайно подслушал, кажется, Хибари-сан подал в отставку и взял академический отпуск. – Несмотря на то, что рассказывал Тсуна с заметным волнением, лицо Хаято просияло: если всё действительно так, ему больше не придётся выслушивать лекции этого маньяка. Поняв, что его радости Босс не разделял, Гокудера призадумался. Ему хотелось поднять настроение Савады – их хранитель облака совершенно не стоил потраченных нервов Дечимо.