Этот процесс начался с инаугурационной диссертации. И все же в 1770 году Кант и предположить не мог, что ему понадобится столько времени, чтобы представить «более тщательное исследование». В действительности тогда он думал, что исследование не выйдет далеко за пределы самой диссертации. Когда он посылал книгу Иоганну Генриху Ламберту, Моисею Мендельсону и Иоганну Георгу Зульцеру в Берлин, надеясь на отклик, прежде чем опубликовать финальную версию, он довольно ясно обозначил свое мнение, что для этого потребуется не так много работы. В письме Ламберту о диссертации в сентябре 1770 года он утверждал, что основные моменты новой науки он сможет представить «в достаточно кратком изложении», а именно «в нескольких письмах». Это будет легко, потому что Кант точно знает, что требуется. Он писал Ламберту:
Льщу себя надеждой, что в течение последнего года я разработал понятие, которое, как я полагаю, изменять не придется, хотя оно несомненно потребует дальнейшего расширения; это понятие позволит с помощью надежных и простых критериев проверить все метафизические вопросы и с уверенностью установить, в какой мере они вообще могут быть разрешены.
Кант был уверен, что сможет подобную
Возражения и критика со стороны Герца, Ламберта, Мендельсона и Шульца заставили Канта пересмотреть проект. Так, в июне 1771 года он написал Герцу по поводу писем Ламберта и Мендельсона, что эти двое «заставили [его] углубиться в длительные исследования»[915]. Он работал теперь над книгой,
…озаглавленной
Почти через год, в феврале 1772 года, Кант сообщал Герцу, что «в отношении существа моего намерения мне это удалось и теперь я могу предложить критику чистого разума»[917]. Но оказалось, что в конечном счете он еще не готов сделать это. В конце 1773 года он писал Герцу, что затратил «столько усилий», что мог бы опубликовать достаточно значительную работу, которую «почти завершил». Но поскольку он не хочет представлять что-то незавершенное, то откладывает публикацию до следующей Пасхи[918].
Однако и через три года – к концу 1776 года – он говорил, что не закончит «Критику» «до Пасхи» и что ему понадобится еще и «часть лета»[919]. Летом 1777 года он говорил о «препятствии», которое удерживает его от публикации. Препятствием послужила «всего лишь проблема представить эти идеи с полной ясностью». «Мои исследования, которые ранее были посвящены кусочками различным философским предметам, приобрели систематическую форму и ведут меня постепенно к идее целого, которая впервые делает возможным суждение о ценности и взаимовлиянии частей»[920]. В начале апреля 1778 года Канту пришлось опровергать слухи, что часть «Критики» уже в печати. Он винил отвлечения, мешавшие ему опубликовать книгу, которой «не потребуется много листов» [921]. Лето 1778 года застало его за «неустанной» работой над «Критикой», и он все еще надеялся «вскоре» ее закончить[922]. Он делал в это время «маленькие наброски»[923]. Работа над этими набросками снова заняла у Канта гораздо больше времени, чем он предполагал, поскольку только через
