Ужаснейшая новость, которая разбила бы Риччи сердце, если бы оно еще могло биться – они сели на мель.
***
Берт подтвердил то, что она и так почувствовала:
– Мы на что-то наткнулись, капитан, – встревожено сказал он, как только понял, что Риччи снова в себе.
– Мы на мели, – ответила она, опускаясь прямо на палубу. – Капитально.
Пробоина была большой. Слишком большой, чтобы они смогли заделать ее самостоятельно – неважно, в море или на суше.
До которой им еще предстояло добраться. Они насадились на камень и увязли в песке почти в полумиле от берега. Что бы они не нашли на берегу, их судну конец. Проще добыть новое.
– У нас нет шлюпки, – Берт размышлял практически. Ему тоже нравилась их новая «Барракуда», но он отложил сожаления. – Надо сооружать плот.
– Подожди пока, – ответила Риччи. – Переносите вещи из трюма и кают, как ветер стихнет, попробуем добраться до берега.
Они сидели крепко, так что пока ветер не окреп снова, им ничего не угрожало.
– Все равно плот не помешает, – сказал Берт. – Вода все же высоковата для человека. Если взять все…
Он замолчал, поняв то, о чем сразу догадалась Риччи, оценив наклон яхты: при столкновении они потеряли немалую часть запасов, и теперь вода подбиралась к остаткам.
– Я выясню, что еще можно спасти, капитан, – успокоил ее Берт. – Отдыхай… Риччи.
***
Риччи растянулась прямо на палубе, не видя смысла идти до койки, которую вот-вот зальет водой. Но отдохнуть ей не удалось.
– Какого черта?! – налетела на нее Арни. Похоже, каюты уже залило. – Ты же обещала остановить шторм!
– Я и остановила, – Риччи смотрела на Гиньо снизу вверх. Ее раскачивало вместе с судном, а Арни держала равновесие, и потому казалось, что Гиньо колеблется, как маятник.
– Но это не помогло!
– А я и не обещала, что поможет, – ответила Риччи пустым голосом. Она слишком устала, чтобы беспокоиться. – Я предупреждала, что вмешательство в погоду может обернуться плохо.
– И что ты собираешься делать? – спросила Арни, сбавив тон.
– Ждать, пока ветер не успокоится, – Риччи закрыла глаза. Все равно перед ними все двоилось, а Гиньо едва ли полезет в драку. – И добираться до берега. Куда бы мы не приплыли, здесь наша конечная остановка.
– Тебя явно не впервой быть выброшенной на берег.
– Да уж, – хмыкнула она, слушая удаляющиеся шаги. Гиньо отправилась собирать вещи. – Это не первый раз для меня.
Пока им везло больше, чем в тот раз, когда буря потопила «Ночь» у испанского берега, или в тот, когда первая из «Барракуд» едва дотянула до Тортуги.
«Но и тебе не впервой», – мысленно обратилась она к ушедшей Арни. – «Все мы привыкли к крушениям».
========== Куда приводят рельсы ==========
Риччи надеялась на то, что место, где их выбросило, не настолько плохо, как выглядит с воды, но ее зрение было отличным, и, судя по мрачному молчанию Арни, она видела ровно то же самое.
«Может быть, это просто большой пляж», – уверяла себя Риччи, пока они брели по мелководью, таща за собой плот из наспех связанных досок с их немногими сохранившимися припасами и вещами.
Но им, разумеется, не выпала удача оказаться в райском местечке с белым песком и кокосовыми пальмами. Когда вода перестала хлюпать в их ботинках, они обнаружили себя на краю каменистой пустыни, у которой не было видно конца, как у океана. Риччи даже почудилось, что ее укачивает.
– Есть идеи, куда идти? – спросила Арни, оглядев бескрайнее пространство, усыпанное галькой с редкими метелками жестких растений.
– Вдоль берега, – ответила Риччи. – Если наткнемся на реку, решим проблему с пресной водой. И можно будет искать других людей.
Достать питьевую воду было первоочередной задачей, реки всегда текут к морю, а люди живут у рек – по крайней мере, в знакомых ей мирах так было.
– Чертов океан, – поморщилась Арни. – Меня уже тошнит от него!
– Держаться берега…
– Бла-бла-бла… Буквально за этим холмом может лежать озеро… или дорога… или еще что-нибудь. А ты предлагаешь топать вдоль этой проклятой соленой воды!
Риччи тоже поднадоел вид океана, но не настолько, чтобы пренебречь доводами рассудка. У ее сокомандующей сдали нервы? Или она что-то задумала?
Риччи не могла согласиться с этой опрометчивой идеей, но и идти на открытый конфликт ей не хотелось. Оставалось две секунды, чтобы придумать компромисс.
– Мы можем пойти цепочкой, – предложила она.
Арни нахмурилась, но ее глаза заинтересованно блеснули.
– В каком смысле?
– Пойдем вдоль океана на расстоянии пятидесяти или семидесяти метров друг от друга, – пояснила Риччи. – Крайний в цепочке окажется на полкилометра от океана, и, если в этой пустыне есть не только камни и колючки, он это найдет. Безрассудно лишаться единственного ориентира, когда мы даже на компас положиться не можем.
С самого их попадания в этот мир стрелка компаса прокручивалась, не задерживаясь ни у одной буквы, словно все они ей резко разонравилось.
– Я пойду крайней от океана, – сказала Арни. По-видимому, это означало согласие.
***
