Она крепче обычных людей, так что ей ничего не будет от такой ерунды. Пусть ей несколько раз казалось, что сознание мутится, и что ноги перестают слушаться – пока на ней держится шляпа, все в порядке.
– Надеюсь, – хмыкнула Арни. – Иначе будет слишком скучно.
Риччи надеялась лишь на то, что они встретят людей до того, как у нее кончатся силы. Но ведь у ее друзей силы кончатся раньше?
«Надо было сразу об этом подумать», – выругала она себя. – «Надо было оставить их в лагере, взять часть воды и отправиться за помощью в одиночку».
Она могла бы идти быстрее в собственном ритме и отдыхать меньше, а остальные поберегли бы силы.
Но хоть и с опозданием они еще могли исполнить этот план. Риччи решила начать с Арни.
– Эй, если мы сегодня до привала не встретим никого…
– То придется все-таки кинуть жребий, – закончила та.
Риччи едва не запнулась о шпалу.
– Что?! – шепотом поинтересовалась она, подавив желание повысить голос. Арни шла рядом, так что это было бы бессмысленной тратой энергии. – Почему сейчас? Мы ведь почти выбрались!
Она не хотела раньше времени беспокоить друзей. Может, у нее получится поставить крышу Гиньо на место.
– Потому что у нас нет еды и воды тоже нет, – ответила Арни спокойно, словно предлагала не убийство с каннибализмом, а поход в закусочную. – Нам придется использовать кого-то в качестве припасов. Жаль, что мы потеряли так много воды при крушении.
– Значит, ты серьезно насчет жребия? – вздохнула Риччи.
– Как никогда раньше. Мы в сквернейшем положении.
– Тут ты права.
Риччи не стала пытаться переубедить Арни. Стоило поберечь энергию для более важных вещей. Например, для схватки.
Она посмотрела на клонящееся к земле солнце. Оно уйдет в песок практически прямо перед ними, чуть левее рельс. До заката осталось менее двух часов.
– Ночью решим, кто это будет.
Она не хотела драться на жаре, но ей был нужен свет.
Гиньо кивнула.
«Дождусь, пока солнце не коснется краем песка», – решила Риччи. – «И вытаскиваю меч».
Арни шла справа от нее, но внезапность должна сыграть свою роль. Жаль, что она отправила Стефа замыкающим, потому что Льюис шагал неподалеку от них. Но Мэл и Берт должны быстро понять, как повернулась ситуация.
Она не собиралась тянуть жребий. Все или ничего. Либо они пойдут дальше без Арни, Льюиса и Ким, либо эти трое отправятся дальше одни.
Между краем солнечного диска и вершиной песчаной дюны осталось расстояние с полногтя, когда послышалась музыка.
***
Когда Риччи разобрала в шуме ветра печальную мелодию, она решила, что это ее мозг начал творить странные вещи, потому что никто, включая Арни, не показал, что происходит нечто из ряда вон, и Риччи не стала вертеть головой и задавать вопросы. Если капитан сходит с ума, не стоит раньше времени оповещать об этом команду. Да и музыка, звучащая из неоткуда, еще безобидный симптом.
Внезапно Стеф остановился так резко, что Юли налетела на него, и спросил:
– Вы слышите?
После его слов уже все остановились и прислушались.
– Слышу, – сказала Риччи, поняв, что грустный перебор ей не чудится.
Арни тоже кивнула с отстраненным видом, но ее плечи расслабились. Никому не нравится ловить себя на признаках начинающегося сумасшествия.
– Это скрипка? – спросила Юли.
– Скорее, мандолина, – заметил Берт.
– Больше похоже на гитару, – возразил Льюис.
– Какая разница? – пожал плечами Мэл. – Главное, что там впереди есть люди.
– Уже совсем близко, – с придыханием произнесла Ким.
Обе их команды сразу посветлели лицами и взбодрились. Куда сильнее, чем взбодрились бы от стейка из человечины или пары стаканов чужой крови.
– Мы не будем тянуть жребий, – шепнула Риччи, поравнявшись с Арни на секунду.
– Не будем, – кивнула та.
Риччи задумалась на мгновение о том, какой знак Гиньо выбрала для того, чтобы определить момент нападения. Ведь не собиралась же она на самом деле участвовать в жеребьевке?
***
Звуки по пустыне разносятся далеко, и им вскоре пришлось вспомнить об этом факте.
Закат раскрасил пески во все оттенки красного – от розового до пурпурного, а они все еще не видели никаких признаков людей, кроме самой железной дороги и мусора, брошенного теми, кто ее проложил.
– Скоро стемнеет, – заметил Стеф. – Не хотелось бы ночевать на чужом пороге, но это лучше, чем идти в темноте.
– Если ничего не увидим до темноты, остановимся, – сказала Риччи.
– Ночевать в пустыне холодно, – проворчала Арни.
– Когда выйдет луна, сможем продолжить путь, – предложил Льюис. – Небо ясное.
Между ними и источником звука легла глубокая каменистая расщелина.
– Обойдем? – предложила Гиньо, остановившись на краю.
– Нет, – ответила Риччи. – Нам нужно вниз.
В предзакатных сумерках она разглядела на дне какой-то блеск и густую тень от растений. Если в этой пустыне и была вода, то сейчас они были к ней как никогда близко.
– Это надежней, чем идти куда-то, как крысы за дудочкой, – сказала она.
– Если только мы не переломаем ноги, спускаясь, – заметила Арни.
Что было вполне вероятно.
– Я спущусь первой, – сказала Риччи. – Может, там ничего и нет. Давайте мне все фляжки.
