Пока она устанавливала контакт с чужой цивилизацией, Ким успела выхватить автоматический пистолет, но когда она попыталась навести прицел, на нее налетел Берт и выбил оружие. Фареска не понимал, что происходит, но, что бы не вытворяла капитан, он никому не позволил бы стрелять в нее.
Риччи уже не могла остаться с конвоем переселенцев, но она не могла уйти в лес без своей команды. А все они, кроме Берта, пропали из виду.
Озираясь в поисках своих людей, Риччи наткнулась на злобный взгляд Арни и проигнорировала его. Она не собиралась вступать в сражение с раненым на руках и крайне сомнительным преимуществом.
Дикари разворачивали лошадей, и Риччи начала бояться, что ей придется сдать Лонгу на руки его подчиненным и остаться собирать команду, но к счастью тут появился Стеф, который мгновенно сообразил, куда повернул сюжет.
– Меняем сторону? – спросил он только. И после ее кивка подхватил лишившегося чувств разбойника с другой стороны. Риччи могла положиться на Томпсона даже тогда, когда не могла положиться на себя.
– Где Юли и Мэл? – спохватилась она. Уже все поселенцы осознали, что их компания творит что-то не то.
К ее облегчению вся ее команда привыкла к резким сменам курса.
Дезориентированные потерями солдаты даже не пытались их преследовать, и почти не стреляли вслед. Очень удачно, потому что их костюмы отчетливо выделялись среди лохмотьев дикарей. Переселенцев устроило то, что разбойники оставили конвой в покое, а Гиньо не была в состоянии бросаться в погоню.
Казалось, скрыться в пустыне нелегко, но Лонга не зря выбрал именно это место для нападения. Миновав небольшой холм, они оказались прямо в расщелине, похожей на русло пересохшей реки, склоны которой укрыли их от взглядов и пуль. Но Риччи выдохнула с облегчением только после того, как они миновали пару поворотов извилистого русла.
Чуть позже ей придется придумать хорошее объяснение тому, что внезапно взбрело ей в голову, но не раньше, чем они окажутся в безопасности от чужих штыков и пуль. За это Риччи и любила свою команду.
«Хорошо, что они не слышали то, как я говорю Арни о том, что наберу новую», – подумала она.
Риччи не могла представить, как влипает в неприятности в другой компании.
***
Когда Арни поднялась на ноги, выдернула из себя обе стрелы и огляделась, то обнаружила, что прерия вокруг представляет классическую картину поля после боя: один из фургонов опрокинут, еще один оттащен в сторону, тут и там лежат лошадиный туши и человеческие тела.
Картина полного и совершенно ничем не оправданного поражения.
«Девчонке стоило пользоваться случаем и прикончить меня», – подумала Гиньо мрачно. – «Потому что теперь я уничтожу их всех».
– Такого вы не ожидали, шеф? – спросила Ким, пряча ухмылку.
– Если бы ты не облажалась с Лефницки, ничего бы этого не было! – рявкнула Арни. – Заткнись, пока я тебя не пристрелила!
Ким тут же куда-то испарилась.
Арни тоже стоило заняться чем-то полезным вместо опоздавшей злости. Они упустили Лонгу, но все еще должны были доставить груз в Счастливый, несмотря на то, что потеряли при нападении много людей и лошадей. И появление шерифа Коннели не добавило ей радости.
– Он был у нас в руках! – воскликнул тот, уставший, раненый – или просто обрызганный чужой кровью – и очень раздраженный.
«В моих руках!», – поправила его мысленно Арни, поморщившись.
– И если бы не предательство ваших людей, Лонга был бы мертв! – продолжил Коннели. – Но чего они добивались?
От слов «ваших людей» ее чуть не стошнило.
Шериф выглядел действительно озадаченным, совершенно не понимая мотива Риччи. Арни и сама до конца его не понимала.
Она не ожидала такого хода от Риччи, и это действительно сердило. Даже больше, чем упущенная возможность расправиться с Эндрю Лефницки.
Риччи не дала ни малейшей причины думать, что собирается сменить сторону. Либо девчонка была куда лучшим игроком, чем Арни ее считала, либо она до последней секунды не собиралась этого делать, и карты сменились прямо во время партии.
«Но если Рейнер назовут предательницей, это помешает моим планам», – подумала Арни. Поэтому она повернулась к шерифу с грустной улыбкой и произнесла:
– Разве вы не помните, Коннели, что Рейнер и все его друзья погибли, защищая наш конвой?
Ясные глаза шерифа на мгновение заволокло туманной дымкой – приказ действовал. Он медленно кивнул, не осознавая, что реальность, запечатленная в его памяти, изменилась секунду назад.
– Мне жаль ваших партнеров, – сказал Коннели серьезно. – Особенно того странного парня, Ричи. Он был так уверен в своей победе…
– Он знал, на что шел, – оборвала она разговор о Риччи. Вот уж о ком ей точно не хотелось слышать.
– Мы все знали, на что идем, – вздохнул шериф. – Что ж, мы одержали половину победы – сохранили груз. Теперь надо собрать оставшихся лошадей. Придется отдать часть верховых.
Арни кивнула. Оставшийся путь будет еще дольше и утомительней, чем она рассчитывала. Хотя и безопасней – нападать на них в ближайшие время некому.
