– Эй, – окрикнула она Льюиса, который все еще смотрел в ту сторону, куда удрала компания Риччи и шутовская армия Лефницки. – Присоединяйся к ловле лошадей, если не хочешь топать до Счастливого пешком! Я то посплю в фургоне.
Хайт кивнул, но как-то заторможено. Он никогда не пропускал мимо ушей ее слова, как образцовый солдат, но сейчас что-то другое занимало его мысли.
– Он сильно изменился, верно? – спросил Льюис, словно не слушал ее вовсе. – Контракт действительно сильно меняет людей.
Арни рассеянно пожала плечами. Чтобы определить, насколько сильно изменился Лефницки – и изменился ли вовсе, уж слишком это становление на сторону слабых было в его духе – явно было мало пятиминутного сражения.
– С чего ты взял? – спросила она.
– Я видел его глаза, – ответил Льюис. – Никогда не видел у Эндрю таких глаз.
Он был, как будто, уязвлен этим фактом. Но Арни не собиралась разбираться еще и с его чувствами.
– Ты до сих пор расстроен из-за того, что не смог затащить его в постель? – спросила она без реверансов. – Мы сейчас не в том положении, чтобы развлекаться.
– А если это не развлечение? – усмехнулся Льюис невесело.
– Тогда тем более советую оставить его в прошлом, – сказала Арни без тени юмора. – Не хотелось бы потерять хорошего адъютанта из-за его минутной прихоти.
========== Жертва ==========
Им не завязали глаза и не повели окольными путями, и это можно было бы назвать доверием, составляй местоположение лагеря хоть сколько-нибудь стоящую тайну и будь кто-нибудь из барракудцев способен хотя бы выбраться из леса самостоятельно, не говоря уже о возвращении с подкреплением.
Вылетев на поляну, окруженную палатками из шкур и веток, они притормозили коней. Риччи спрыгнула с лошади и позволила самому раскрашенному из дикарей стащить с седла Лонгу. Тот жестом подозвал к себе еще нескольких и они вместе понесли Лэя в один из шатров. Зажав нос, Риччи последовала за ними, не слишком доверяя медицинским способностям людей в перьях и краске.
В шатре проходило сборище «умов племени», старых и морщинистых, как изюм, разукрашенных дикими красками и увешанных причудливыми украшениями: от раковин и камешков до высохших животных.
«Местные светила наук», – мысленно вздохнула Риччи.
– Эй! – она бесцеремонно дернула разукрашенного за плечо. – Как он? Лонга? Он выживет?
Ответил ей самый сморщенный из старичков.
– Нашего выбранного богами спасителя может вернуть к жизни только чудо, – пробормотал он. – Мы воззовем к нашим предкам, чтобы они возвратили с той стороны нашего спасителя.
– А другие идеи есть? – поинтересовалась Риччи у возглавлявшего атаку. Он казался ей самым здравомыслящим. По крайней мере, ему возрастом еще не был гарантирован маразм.
– Никто, кроме богов не в силах вылечить такую рану, – произнес тот, качая головой.
Риччи отпихнула одну из мумий, тянущихся к ране с куском какой-то высушенной дряни, и присела рядом с Лэем. Первым делом она проверила пульс – замедленный до пары ударов в секунду он все же присутствовал.
Ножом Риччи проделала еще одну дыру в его рубашке, чтобы осмотреть рану вблизи. Выглядела та скверно.
– Я не бог, – произнесла она решительно. – Но все-таки попробую.
Никто из дикарей не попытается ей воспрепятствовать.
Риччи вытащила из внутреннего кармана куртки флягу, которую наполнила когда-то водой из Туманного моря. Она налила в крышку жидкость, которая должна была вытащить Лонгу с границы страны духов, как когда-то вытащила ее. Но пока Риччи пыталась разжать челюсти Лэя, у нее на глазах вода теряла черный цвет, становясь прозрачной.
Риччи все же влила бесцветную жидкость в глотку разбойника, но эффекта не случилось. Чудесные свойства, если и имелись, то исчезли вместе с чернотой.
«Что ее изменило?» – задалась вопросом Риччи. Лишь одно приходило ей в голову – льющийся сквозь прорехи в крыше солнечный свет.
К счастью, во фляжке еще оставалось достаточно воды. Риччи осторожно закрутила крышку.
– Надо дождаться ночи, – сказала она, стараясь не терять делового вида и не думать о том, дотянет ли Лонга до ночи. Пусть до нее и осталось чуть больше часа.
Разукрашенный дикарь, удостоившийся чести попасть на розыскные листовки, смотрел на нее пристально.
– Ты похожа на него, – сказал он после полуминутной игры в гляделки. – У тебя то же оружие.
– Да, я такая же, как он, – кивнула она. – И я на вашей стороне. Меня зовут Риччи Рейнер, – спохватилась она и протянула руку.
Тот несколько секунд разглядывал ее с недоумением, а потом, словно что-то вспомнив, неуверенно пожал.
– Кану Хаорра, – произнес он. – Вождь великого племени, чьи владения простираются от воды до гор.
Риччи подавила усмешку. Великое племя! Несколько сотен немытых людей в грязных землянках, недоедающих и умирающих от примитивных болезней. Не то, чтобы ей нравился местный вариант цивилизации, но он все же выглядел лучше этого единения с природой.
«Юли и Стеф устроят мне головомойку, когда поймут, куда я их притащила», – мысленно вздохнула она. – «И будут правы».
– Когда зайдет солнце, я его вылечу, – пообещала Риччи. – Если… – она запнулась. – Если его можно вылечить.
