Он оглядывался по сторонам так растерянно, словно никак не мог понять, почему очутился в пустыне, и даже на них не мог остановить взгляда.
– Вы не знаете, где можно достать запчасти для самолета? – спросил он. – Мне нужно лететь.
Он был Вернувшимся. Но чутье Риччи не находило его опасным.
– Не знаю, – растерянно произнесла она.
– Мне нужно починить самолет, – еще один блуждающий взгляд. – Мне нужно лететь.
– Нам надо отвести его в город, – шепнул Эндрю. – Там ему помогут.
Риччи давно привыкла полагаться лишь на себя. Но в Эконе они станут частью сообщества, так что пора переучиваться, сказала она себе. Их долг – помочь попавшему в беду и передать его в руки властей.
– Как вас зовут? – спросила она, пытаясь поймать этот бегающий взгляд.
Прямым вопросом ей удалось сбить его с заевшей пластинки.
– Я не помню, – произнес он растерянно. – Послушайте, мне нужно лететь.
– На чем он собирается лететь? – спросил Стеф. – У него есть крылья или он с ума сошел?
– На одной из тех летающих машин, о которых я говорила, – сказала Риччи. – Постой, ты понимаешь, о чем он говорит?
Она сама с трудом понимала. Отсутствие прямого зрительного контакта затрудняло коммуникацию. Если бы он не повторял почти без изменений две фразы, она потеряла бы смысл диалога.
«И он тоже едва ли понимает меня», – поняла она.
– Он говорит по-французски, – ответил Стеф. – Я немного знаю его.
– Тогда скажи ему, что мы идем в город, там должно быть то, что ему нужно, и что он может пойти с нами, – с облегчением попросила Риччи.
Стеф медленно произнес несколько коротких, слишком рубленных для французского фраз, но их новый знакомый, очевидно, его понял, потому что радостно закивал.
– Отлично, – улыбнулся Эндрю, знаками показывая французскому летчику направление в котором они шли.
– Мы должны дать ему имя, – сказала Риччи. – Раз уж он не придумал его себе сам. Стеф, какие французские имена ты знаешь?
– Жак? – предложил тот. – Нет, как-то плебейски. Луи? Нет, я постоянно буду вспоминать чертова Хайта. Франциск! Отличное имя, по-моему.
Риччи согласилась.
– Франциск? – обратилась она к их новому спутнику, словно он сам так представился. – Хотите пить? – спросила она, протягивая фляжку.
Вернувшиеся не могут умереть от жажды, но это не значит, что они не страдают от нее.
Судя по тому, с какой жадностью он пил, Франциск провел в пустыне не один день.
«Может быть, даже слишком много дней», – подумала Риччи.
Не успела ли пустыня забрать его разум?
***
Ворота в стене сложно было не заметить – они больше походили на готический собор, чем на пропускной пункт.
– Выглядит прекрасно, – сказал Эндрю, запрокинув голову. – И как раз вовремя.
Эку – их новое солнце – поблек настолько, что они с трудом различили шпиль своего будущего пристанища
– Гораздо важнее, что там внутри, – пробормотала Риччи, косясь на их, все еще бормочущее о самолете и деталях, пополнение.
Пока что все не выглядело так, словно в Эконе рады путешественникам.
За тяжелой дверью открылся большой темноватый зал с длинными рядами грубых скамей обращенных к небольшому возвышению.
«Похоже, когда-то это было церковью», – подумала Риччи. – «А что это теперь?»
Ближе к «сцене» сидело несколько человек в потрепанной одежде в обнимку с баулами, делая обстановку схожей с провинциальным ночным вокзалом. Встреть Риччи таких субъектов на рынке, покрепче держалась бы за кошелек и ускорила шаг, но сейчас ей нужно было узнать, куда они попали.
– Разведаю обстановку, – сказала она команде.
– Я с вами, капитан, – вызвался Мэл.
Риччи кивнула. Если подозрительные типы окажутся Вернувшимися, в чем она почти не сомневалась, он, конечно, не сможет им противостоять, но и никто из ее команды не сможет, а Мэл выглядел внушительно. И пользы в случае драки от него было бы, пожалуй, больше, чем от Эндрю.
Мэл закатал рукава и сделал угрюмое лицо, отчего стал еще больше походить на бандита.
– Эй, парни! – окрикнул он этих людей. – Как бы нам попасть в город?
– А мы тут, по-твоему, чего ждем? – буркнул человек в лохмотьях, похожий на мумию, выползшую из пирамиды на свет.
– Никого не пускают в город, пока не явится начальник и не даст добро, – сказал другой, с большим шрамом на лице.
– Вон те парни сказали нам ждать утра, – заявил третий с ожогами – или язвами – на руках и ногах.
Риччи посмотрела в указанную сторону и увидела еще одну большую дверь, ведущую, по-видимому, в город, и двух высоких мужчин возле нее. Один держал в руках копье, другой – арбалет, и в их одинаковой одежде с металлическими пуговицами безошибочно узнавалась форма.
С большой вероятностью она могла бы расправиться с ними, хладнокровно прикинула Риччи, и освободить дорогу. Но если они начнут пребывание в городе с насилия над представителями его властей, новая жизнь сразу не заладится.
– Попробуем поговорить с ними, – сказала она Мэлу.
После всего, что они видели по дороге – точнее, того, чего они не увидели – она не рассчитывала на слишком развитую цивилизацию, но даже слабейшие надежды ее не оправдались. Они попали в отсталое средневековье.
Охранники смотрели на них с неприязнью и подозрением.
