– Точно. Смутно помню, что меня тошнило не меньше недели, а кошмары мучают и по сей день… так ты не открывал мне целых три минуты, потому что раздевался? – поинтересовалась я, шагая вперед без приглашения и жестом отодвигая хозяина квартиры как можно дальше от себя.
– Я поторопился с раздеванием? И… ты считала минуты?
– Само собой, раз мое время на вес золота.
– Прости, просто не мог прийти в себя от обрушившегося на мою голову счастья: ты и у меня дома… хочешь посмотреть мою комнату? – без перехода поинтересовался он. Хоть Вишневский так и сверкал самодовольством, мне показалось, он не жаждет услышать положительный ответ. Должно быть, в комнате у него на самом деле алтарь и десяток здоровых карапузов, а я отвлекла парня от будничного занятия обыкновенного психа.
– Мне и здесь нравится, – заверила я, идти к младенцам желания не было.
Кажется, Андрей вздохнул с облегчением. Нет, такая нервозность так и подстегивала мое любопытство: может, там не младенцы, а что похуже? Труп, например. А Андрей в стиле Декстера его разделывал. Или это все мое богатое воображение. Может, парень просто не желает видеть меня в своей постели? Намеки намеками, но кто ж их серьезно станет рассматривать?
Мы прошли по коридору и оказались в просторном помещении, классифицировать которое трудно: что-то вроде гостиной с баром, столовой, кухней, камином… в общем, все и сразу. А впереди – впечатляющий вид на город.
– Присаживайся. Мартини?
– Лучше оденься, – поморщилась я. – И я не стану пить с тобой, Вишневский. Соглашусь разве что на кофе. Но сначала оставь свои эксгибиционистские штучки и надень штаны!
– Если ты настаиваешь, – ухмыльнулся он и наконец ушел.
А я заметила пачку сигарет на барной стойке, вытащила одну и с удовольствием закурила: сожительство с Ромкой имело свои минусы – друг уничтожал все сигареты в доме, а когда мне все же удавалось урвать хоть одну, смотрел на меня так, точно я враг государства, хотя сам частенько покуривал, когда я не видела.
Подойдя к бесконечно большому окну, я посмотрела вниз: стоило признать, вид фантастический, весь город словно на ладони. Может, мне тоже переехать на двадцать седьмой этаж? Только ради пейзажа… хотя, соседей слишком много – это не по мне, да и брат мэра тут живет, не говоря уже о типе, в чьей квартире я сейчас находилась. Не дом, а серпентарий какой-то.
Я услышала шаги и обернулась.
– Так лучше? – поинтересовался Вишневский, стоя передо мной в одних домашних штанах. Футболку, само собой, проигнорировал и я смогла разглядеть еще пару шрамов: один тянулся через весь правый бок и терялся где-то на спине, второй – след от пули, что выпустил Ромка. Шрам еще не успел побелеть и имел немного устрашающий розовый оттенок.
– Лучше для тебя – это топор между глаз, – отрезала я и отошла на шаг.
– Я заставляю тебя нервничать?
– Ты мне неприятен, сразу возникает желание помыться как следует.
– Хочешь, покажу тебе ванную? У меня есть и джакузи, мы могли бы… помыться. С мужчиной многие вещи делать намного приятнее, – самодовольно ухмыльнулся Андрей.
– Так то с мужчиной. Ты здесь причем?
– Не думай, что мне обидно: я понимаю, что ты не знаешь, от чего отказываешься.
– Насколько я помню, от целых тридцати секунд сомнительного счастья.
Он расхохотался, как будто я шутила. Парень вообще мог похвастать отличным настроением, вон даже спросить забыл, а за каким чертом я к нему пришла. Пришлось начать разговор на интересующую меня тему самой:
– Так зачем, напомни, ты убил ее?
– Ты не звонишь, в гости не приходишь… надо же как-то привлечь твое внимание, – пожал он плечами без особого удивления.
– То есть, ты не собираешься ничего отрицать, – тяжело вздохнула я, после секундной паузы: Вишневский – это тебе не Ромка или Макар. Этот гад еще более изворотлив, чем я сама, и разговаривать с ним всегда было непросто.
– А какой смысл? Ты ведь уже вбила в свою красивую голову что-то, и не мне тебя переубеждать. – Говоря это, он шагнул от окна и от меня подальше. И прокомментировал мой недоуменный взгляд: – На всякий случай, знаешь ли.
– Правильно, держись от меня подальше.
– На самом деле, я бы хотел находиться к тебе так близко, как вообще возможно, но без риска словить очередную пулю. Не то, чтобы меня не возбуждала опасность…
– Интересно, откуда тут стрелять? Из вертолета? Или ты ожидаешь, что Ромка пролетит мило на парашюте?
– Ты намекаешь, чтобы я подошел обратно? – Андрей двинулся вперед.
Я выставила перед собой руку:
– Вообще-то, у Ромки разряд в парашютном спорте! И вообще, может перестанем ломать комедию? Я здесь, чтобы…
Из спальни послышались странные звуки: кажется, что-то упало. Стоило мне замолкнуть и с любопытством прислушаться, все затихло. Может, показалось?
– Кажется, я обещал тебе кофе, – напомнил Вишневский.
