Почему так происходит? Стоит мне полюбить что-то или кого-то, и это утекает, как песок сквозь пальцы. И уже ничего нельзя вернуть. Дорога закрывается в любое место, которому я, казалось, принадлежу. Это закономерность. Я – ветер. Я обречена на одиночество. Я могу остаться с кем-то и стать для них своей, но боль будет грызть меня изнутри – так было всегда и так будет всегда. Что бы ни произошло, что бы ни изменилось, я никогда не буду
За что? Почему эта участь досталась мне? Были мои собственные неопределенные мечты – я никогда не придумывала себе принца на белом коне, но мечта у меня была. Сердце к сердцу – и боль пройдет. Пока я одна, я не стою ничего. Я могу спасать мир, но это ничего не изменит. Я буду идти по той тропе, на которую не осмелится ступить никто, и постепенно теряться в круговороте дней, абсолютно разных и так похожих этим один на другой…
Я врезалась лбом в сталагмит.
– Рита, я не могу заставить тебя прекратить думать. Могу хоть попросить не уходить в свои мысли насовсем?
Совы заухали, но я услышала смех. Сирена недоуменно поглядывала на них. Пожав плечами, я протянула руку и смахнула с камня ближайшего птенца. Покачала его в воздухе, держа за лапу. Совенок восторженно заухал, пытаясь выкрутить голову так, чтобы посмотреть на меня. Когда ему это удалось, я улыбнулась.
– Нам нужен безопасный выход. Покажешь?
– Конечно, Рита!
Посадив совенка на плечо, я ушла, не оглядываясь. Сирена поспешила за мной, ощутив, как температура резко упала, как только я покинула помещение. Ее сапожки гулко стучали по каменному полу, словно эхом отдаваясь за моими сандалиями. Совенок на моем плече молчал, только указывал крылом направление – на него тоже подействовала атмосфера недоверия.
– Дерни за этот рычаг – вылетишь отсюда, как птичка.
Он снялся с плеча и неуклюже полетел в сторону своих. Я протянула руку и дернула за рычаг. Свист ветра в ушах, страх. К счастью, мы упали на землю уже за пределами зачарованного круга, так что я смогла поймать Сирену облаком и зависнуть в воздухе. Дождавшись, когда ученица перестанет кричать, я опустила ее на землю.
– Вылетишь, как птичка! Как же!
– А чего ты от них ожидала?
– Ты говорила, что они твои лучшие друзья, твоя стая.
– Это было до того, как Эллу убили.
– Твою сову? Мне жаль, прости.
– Они возрождаются и помнят все. Она там, с ними, – я кивнула на гору. – Ее убили из-за меня. Такое не прощают.
– Но она же жива! Возродилась! Так в чем проблема? – она поднялась на ноги и пошла к тому месту, где мы оставили Антеллу. Я последовала за ней.
– Они не любят умирать. Несмотря на то, что это не уносит их за Грань, они проходят по краю. Это очень страшно.
– Ладно, предположим. Тогда зачем ты вообще туда полезла?
Я помахала флягой.
– Ах да, тот самый амулет. Как он будет выглядеть в самом конце, ты знаешь?
– Нет, и никто не знает.
– Тогда откуда ты знаешь, как его создать?
– Роггенхельм занимался этим и придумал рецепт. Смешав все ингредиенты и получив амулет, он хотел избавиться от боли.
– От боли?
– Умерла его любимая Ваомдл, и он все не мог об этом забыть. Мы идем по его следам, собирая части амулета.
– Ну, а тебе то это зачем?
– Из тех, кто отправлялся к Капле, не выжил никто. Но Роггенхельм перед тем, как попал туда в последний раз, прошел этот путь. Возможно, это как-то поможет нам, когда мы доберемся к ней.
Я даже думала раньше, что в схеме передвижений Роггенхельма зашифровано местоположение Капли. Если бы я не нашла песчаного дракона, то после последнего пункта мы бы ориентировались только на чутье Антеллы.
Свернувшись в клубок, принцесса Тенотры спала в ворохе листьев и улыбалась во сне. Надо же, уже стемнело… как быстро идет время, когда идешь по краю.
– Я – за хворостом, – шепнула Сирена, удаляясь в чащу леса.
Сложив руки перед собой, я присела и подпрыгнула высоко в воздух. Высоко – это метров восемь. А на что я маг воздуха? Достигнув высшей точки прыжка, я ухватилась за ветку. Та прогнулась и заскрипела, но выдержала. Раскачавшись, я прыгнула вперед. Сделав двойное сальто в полете, я повисла на ветке в паре метров над землей. Под моим весом она прогнулась так, что я без помех спустилась на землю. Антелла шевельнулась и пробормотала что-то во сне. Стараясь не шуметь, я убралась с поляны и полезла в кусты в поисках съедобных растений. Нашла я в итоге целую поляну синего мака.
– Отлично! – я принялась собирать синие лепестки и коробочки с зернами, распихивая последние по карманам.
