Но и на этом приключения эскадры не закончились. Через одни сутки плавания, примерно уже в середине пролива Змеиный, они столкнулись с армией вторжения болотников, которая всеми возможными подручными средствами переправлялась на другой берег и прямо с ходу атаковала редкие заставы Львов Пустыни. Шлём озарился пламенем войны.
Причём чагарцы подошли к переправе в тот момент, когда основные силы Второго Щита уже захватили преогромный плацдарм и на приличной скорости продвигались в глубь территории Шлёма. Это не помешало адмиралу Ньюцигену правильно сориентироваться в обстановке. Чужой войны не бывает, решил он. Нисколько не щадя болотников, бравый мореход опять-таки уничтожил все их плавсредства, выжег всё, что оставалось или не успело спрятаться в прибрежных скалах, и только потом со спокойной совестью двинулся дальше.
Что творится в Шулпе, моряки не знали. Как дела обстоят на самом континенте Шлём – тоже. Про события в самой столице Чагара адмирал тоже рассказывать не стал. Только пренебрежительно скривился и проворчал:
– Гадючник политиканов и государственных мздоимцев! Ну, конечно, я не имею в виду некоторых уважаемых нами личностей. Но в остальном!.. Я тебе привёз горку писем, газет и распоряжений. Сам почитаешь. Ну и вот, лично от её высочества.
Он вынул из кармана часы, которые принадлежали до того Розе.
«Всё-таки девушка наиумнейшая! – мысленно восклицал Менгарец, принимая передачу. – Сама догадалась, что мне это устройство из спасательного набора ой как понадобится!»
С обязанностью перечитать письма и всё остальное самому Виктор согласился сразу. А вот по поводу значительного перерасхода пороха невероятно расстроился. Взрывного вещества, конечно, хватало для уничтожения обеих дамб, но ведь ещё следовало учитывать и обратную дорогу для эскадры. А вдруг враги окажут не меньшее сопротивление, чем по пути сюда?
Ну и начавшаяся война на Шлёме сразу и напрочь отрезала сухопутный путь для возвращения в Шулпу. А туда в любом случае следовало вернуться как можно скорей. Оставленный без присмотра дворец срочно нуждался в полноправных хозяевах. Поэтому первое распоряжение для эскадры прозвучало такое:
– Немедленно возвращаемся к Шулпе! Снимите с берега моих соратников и порадуйтесь спасению Мастера кулинарии Додюра и княгини Аристины Вакахан! И учтите, возле Шулпы мы пробудем всего один день, а потом опять вернёмся к местности Четыре Холма. И вот только тогда окончательно определимся.
Он решил ещё раз наведаться в саркофаг с остатками космического истребителя. Но уже в костюме наивысшей радиационной и боевой защиты. Розыск ответов на многие загадки стоил дополнительного и риска и некоторой потери времени.
Хорошо всё-таки, когда именно ты, а не противник обладаешь лучшим, превалирующим в любой ситуации вооружением. Оснащённые пушками корабли тотчас после загрузки на борт флагмана соратников его святости, Высшего проповедника Менгары, тронулись в путь к Шулпе. Но теперь уже наученные горьким опытом враги не делали попыток какого-либо нападения. Даже в районе непосредственной переправы армии болотников ничего не последовало, кроме осторожного выглядывания из-за скал озлобленных, насупленных физиономий. А ведь сутки с небольшим назад здесь полегло на берегу, утонуло или было разорвано водными монстрами около нескольких тысяч человек. То есть, судя по недовольным рожам, кривящимся в проклятиях, отомстить чагарцам враг мечтал невероятно, да вот только прекрасно понимал всю бесполезность и несвоевременность любой мести. С луками против пушек не попрёшь, да ещё если до военных кораблей противника следует плыть по кишащему кашьюри проливу.
Два человека стояли на капитанском мостике головного корабля и, пользуясь последними новшествами из лабораторий Радовены, рассматривали прячущихся в скалах воинов Второго Щита с помощью биноклей. Пушки были наготове, прислуга и канониры тоже, вдоль бортов привычно работали копейщики, дырявя животы особо резвым кашьюри. Ну а в остальном волны залива радовали глаз относительным спокойствием. Враг атаковать не собирался.
Коротая время, Менгарец пытался попутно выяснить мнение адмирала по поводу лидера болотников:
– А что пленные говорят про самозванца?
В трюмах почти каждого корабля сидели на цепях по нескольку счастливчиков, которым повезло во время боёв не утонуть, не быть съеденными кашьюри и при помощи сердобольных моряков выдернутых верёвками на палубу. Такие пленники после пережитого шока говорили обо всём в охотку, ничего не врали и готовы были выдавать сведения о Втором Щите, о сводной армии и обо всём другом сутками. Лишь бы обратно не бросили в воду.
