– Дрон, у тебя все в порядке с головой? Как ты собираешься это сделать? Там сто процентов круглосуточно дежурит вооруженный человек, может, и не один. К тому же, чтобы зайти в квартиру, нужно как-то вскрыть замок или вышибить дверь, еще разрезать наручник чем-то. В конце концов, разрезать не так сложно. Но потом нам придется скрываться до конца своих дней. Ты что, не понял, кто это такие? Они настоящие отморозки. Это не просто пацаны, у которых куча денег.
– Ну и что?! Теперь они могут просто так издеваться над человеком?
– Да, такова жизнь! Ты что, вчера родился?
– Не понял, о чем ты, – Андрея поразили слова Хохла. Он не верил, что это говорит его друг.
– Дрон, драться с тяжеловесом то же самое, что легковой машиной таранить грузовик.
– Что? – Андрей зло смотрел в глаза Хохлу.
– То! – оборвал Игорь. – Ты…
– Хватит! – резко прервал его Андрей. Хохол сделал шаг назад от неожиданности. – Надоело мне это слушать. Или ты со мной идешь освобождать его, или нет!
Лицо Андрея стало багровым, Игорь же, наоборот, побледнел еще больше.
– Послушай теперь ты меня! – он тоже повысил тон. – Я в Афгане служил, выходил на боевые, рисковал жизнью за эту чертову страну, в кишлаках несколько раз в засады попадал. В пещере сидел два дня без еды и воды. Вокруг ходили вооруженные до зубов моджахеды, которые в любой момент могли перерезать нам горло. Теперь вернулся сюда, чтобы жить нормальной жизнью. Я не хочу помирать в мирное время на чьей-то хате из-за чужих разборок!
– Тогда я сам все это сделаю, но не буду свидетелем глупой смерти человека, – Андрей отвернулся от бывшего друга.
Андрей вышел в коридор и из последних сил стал искать свое пальто в шкафу, раскидывая вещи по полу и топча их ногами. Надев куртку, он пальцами пригладил свои растрепанные волосы. Хохол в отчаянии попытался остановить его, схватив за рукав. Андрей отдернул руку.
– Счастливо! – коротко бросил он на прощание. Игорь молча проводил друга глазами. Андрей вышел на улицу, вдохнул свежий весенний воздух – стало немного легче. Внешне он был спокоен, разве что чересчур мрачен, но в душе у него кипели эмоции. Андрею казалось, что это он виноват в похищении и издевательствах над заложником. Но главное, он не знал, как ему быть сейчас. Одному идти спасать несчастного – только напрасно собой рисковать. Хохол слинял, Мейхеру, Савельеву и Малкину Андрей не хотел ни о чем рассказывать, чтобы их не подставлять.
«Кто еще? – Андрей перебирал варианты. – Акоп? Ну, это уже совсем не годится! После того, что у нас было с его гражданской женой? Тем более его, кроме денег, ничего не интересует».
Каждый раз, вспоминая об Акопе, Андрей удивлялся, насколько беден этот человек оказался внутренне. Жадный и скупой, Акоп был не в состоянии получать удовольствие от жизни. Он считал, что все на свете можно купить, продать или перепродать, но со всеми своими деньгами и возможностями не смог удержать свою женщину. Акоп прекрасно понимал, что Ангелина ходит на сторону, но для него было главным сохранять видимость отношений. Ангелина была для Акопа лишь поводом похвастаться перед друзьями.
Ангелина обладала властным характером, но у нее хватало мудрости скрывать это и получать все, что ей нужно было для счастья. Она умела дать своим мужчинам почувствовать себя всесильными воинами. Поэтому сейчас Андрей решил обратиться за помощью именно к ней. Он думал посвятить в свой тайный план только ее, свою Линочку. Время тянуть было нельзя.
У них с Ангелиной был тайный способ передавать сообщения друг другу – оставляя записки в почтовом ящике старенькой соседки Ангелины и Акопа. Ангелина носила бабуле газеты и квитанции, а сама использовала ее ящик для своих целей. Там-то и оставил свою записку Андрей.
Вернувшись в общежитие, Андрей долго не мог уснуть. Напряжение последних дней, ужас увиденного и жалость к человеку, которого истязали, словно животное, сжимали сердце. Он должен освободить этого несчастного! Эта мысль не отпускала Андрея ни на минуту. «До какой низости нужно опуститься, чтобы так издеваться над себе подобными? Да можно ли вообще назвать этот сброд людьми? Неужели наш мир, наша страна, наше общество может носить таких выродков?» Чем больше вопросов он задавал себе, тем больше заводился – дыхание у него участилось, на висках выступил пот. Андрея начало скручивать: то острый тесак резал в правом боку, то тупой молоток лупил изнутри живота по спине. Снова стало перехватывать дыхание, и Андрей опасался, что может повториться тот жуткий приступ – ему казалось, что еще раз он этого не выдержит. А если, не дай бог, попадет в больницу, то его план по спасению провалится. И от этого становилось совсем тухло.
Андрей ждал звонка Ангелины с самого утра. Ближе к десяти часам раздался стук в дверь. Андрей подскочил с кровати: Ангелина приехала прямо в общежитие.
– Привет! – не дожидаясь, когда Андрей ее пригласит, Ангелина сама зашла в комнату. Сняла светло-бежевую кожаную куртку и присела на кровать, положив ногу на ногу. Игриво взглянув на Андрея, Ангелина спросила: