Нодар казался старше Паты – на вид ему можно было дать сорок с небольшим. У него были более мягкие черты лица, и он даже изредка улыбался. Стройный, с волевым подбородком и аккуратно причесанными волосами с проседью, Нодар, должно быть, пользовался популярностью у девушек. От усталости он то и дело клевал носом, и его голова болталась на длинной шее, словно черешенка на тонкой ветке. Когда колесо уазика попадало на какую-нибудь кочку и машину сильно встряхивало, Нодар внезапно просыпался и с виноватым видом оглядывался на Андрея и Гиорги. Периодически, к неудовольствию Паты, приходилось останавливаться, пропуская коров, которые с невозмутимым видом пересекали проезжую часть. Чем больше злился Пата, тем резче тормозил уазик, и уже не только Андрей поглядывал на водителя с недовольством.
На одной из проселочных дорог Андрей заметил указатель «Самтредиа».
– В Самтредиа уже может быть опасно, ее сейчас контролируют звиадисты. Могут остановить или пульнуть, – предупредил Нодар. – Так что смотрите в оба.
Выбрав момент, когда Нодар и Пата о чем-то разговаривали, Андрей незаметным жестом показал Гиорги, чтобы тот придвинулся к нему.
– Им можно доверять? – шепнул Андрей.
– Как самому себе! – почти не открывая рот, ответил Гиорги. – Они афганцы. Входили в отряд по борьбе с мародерами, когда «Мхедриони» вошли в Сухуми.
Андрея немного успокоили слова и, главное, уверенный тон Гиорги. Ведь в Афганистане воевали самые обычные граждане СССР – некогда нашей общей страны, и хотя на карте ее уже не было, в душе у многих она еще оставалась.
– У этого, – указав на Пату, прошептал Гиорги, – на спине живого места нет. Такие истории рассказывал…
– Ты много денег везешь с собой? – спросил вдруг Нодар, обращаясь к Андрею.
Андрей кинул взгляд на Гиорги. Тот кивнул в ответ.
– Семь тысяч долларов, – ответил Андрей.
– Надо их распределить по всей машине, – сказал Нодар и положил руку на рычаг коробки передач. Пата остановил «буханку».
– Давай деньги! – махнул рукой Нодар.
Андрей достал два пакета, в которых лежали стодолларовые купюры, перевязанные резинками, и протянул их Нодару. Тот разделил деньги на семь пачек – по тысяче долларов в каждой: две пачки засунул под обшивку на крыше автомобиля, три припрятал в самодельный ящик, приделанный около бензобака. Тысячу долларов вернул обратно Андрею и еще тысячу отдал Гиорги.
– Ты стрелять-то умеешь? – спросил Нодар у Андрея.
– Умею, – ответил Андрей.
– Я, кстати, видел твоего Амирана пару раз, хоть лично с ним и не знаком.
– Где? – оживился Андрей.
– В Шромах. Крутой мужик. У него отряд свой был, взрослые такие все. Пата, ты же знаешь Амирана? Помнишь его?
Пата кивнул.
– Нас вывели из Абхазии, – продолжал Нодар. – Мы готовились отбивать Шрому в августе, но этот предатель подписал мирный договор под давлением России.
– Предатель? – Андрей не понял, о ком речь.
– Шеварднадзе, – Пата презрительно сплюнул в окно. – Падла конченая.
– Ребята, если вы не хотите, можете меня довезти до границы, я потом сам доберусь до Сухуми, – предложил Андрей.
– Не волнуйся! Мы тебя отвезем, там наши бьются окруженные, им помощь нужна, – ответил Нодар.
– Если в ближайшее время не подоспеет помощь из Грузии, нам хана, – ворчал Пата. – Да! Там вообще нет ни тяжелой техники, ни артиллерии. Они отбиваются только автоматами.
– А кто обороняет Сухуми? – спросил Андрей.
– Мирные жители. Войска так называемые в Батуми и Тбилиси сидят, – зло сказал Нодар.
– В Ахалкалаки, – вставил Пата.
– И еще в Ахалцихе, – добавил Нодар. – Туда их определили.
– Вы воевали в Абхазии? – поинтересовался Андрей.
– Да! Бились. Я оттуда и помню Амирана. Абхазы тогда оборону прорвали. Ситуация была хуже некуда. В его отряде был такой Азик – ассириец, он с «Мухи» подбил их танк, а потом и БМП. Абхазы остались без бронетехники, и мы добили практически всех. Тридцать человек взяли в плен. Много конфедератов было.
– Конфедератов? Кто это? – спросил Андрей. Он пожалел, что не особо внимательно слушал разговоры Амирана и Камиллы о том, что происходит в Грузии. Сейчас бы эти знания ему пригодились.
– Бойцы с Северного Кавказа: адыгейцы, кабардинцы, черкесы, – ответил Нодар.
– Армяне, – добавил Пата. – Но, по ходу, сейчас нам полный кирдык! Если эта сволочь нас кинет, то все! Если еще не кинул.
– К тому же если правительственные войска двинутся в сторону Абхазии, то столкнутся с отрядами звиадистов в Мегрелии, – вмешался в разговор Гиорги.
Нодар и Пата переглянулись, явно не соглашаясь с его словами.
– Не должны нас кинуть. Если в Сухуми войдет хотя бы пара-тройка тысяч наших солдат, они разгромят абхазов. И война закончится, – Нодар говорил твердо, но чувствовалось, что сам он до конца в это не верит.
Никаких правительственных войск по пути им не встретилось.