Отряд двумя группами бежал по противоположным сторонам улицы. Абхазские гвардейцы, казалось, исчезли, но вдруг они появились с обеих сторон улицы – грузин взяли в клещи. Сзади их обстреливали из пулемета с тачанки. А спереди наступали человек пятнадцать – двадцать абхазов, непрерывно стреляя по отряду из автоматов. Амиран выпустил короткую автоматную очередь по колесам тачанки, она остановилась и неуклюже присела на переднюю ось. Андрей пытался снять пулеметчика. Но натиск абхазов с противоположной стороны становился все сильнее.
– Еб твою мать! Откуда они взялись?! – вскрикнул Амиран, меняя рожок на своем автомате. По его лбу катились ручейки пота, а седые пряди волос приклеились к вискам.
– Эй! – крикнул он Мерабу и махнул рукой. – Давай сюда!
Мераб оказался на противоположной стороне улицы и прятался за ржавым скелетом автомобиля. Пригибаясь как можно ниже к земле, Мераб перебрался к Андрею и Амирану. Двое абхазов уже неподвижно лежали рядом с тачанкой. Оставалось еще человек семь-восемь. Внезапно Пата тоже метнулся назад и прямо на ходу застрелил абхазского бойца, который в полный рост встал рядом с машиной. Абхаз как подкошенный упал на землю и выкатился на тротуар. Пата продолжал методично обстреливать тачанку, но оставшиеся пять абхазских бойцов отступать не желали. Нодар, Рома, Тенгиз, Ника, Рамаз, Мераб, Паша и Гиорги уже почти выбили абхазов с верхнего конца улицы. Амиран сделал знак Андрею, тот подполз поближе к нему.
– Позови Нодара, давай, – Амиран шлепнул его ладонью по плечу.
– Зачем сейчас эти маневры?
– Быстро! Не спорь! – прикрикнул на него Амиран.
– Что случилось? – спросил Нодар, когда Андрей передал ему просьбу Амирана.
– Не знаю!
– На, держи бинокль и смотри, чтобы снайперы не появились в окнах. Видишь, вот в этих! – Нодар указал на дома выше по улице. – Абхазы и так просматривают наши позиции, нельзя дать им еще одно преимущество.
Андрей остался около переднего отряда. Он внимательно оглядел окрестности – вроде чисто. И тут краем глаза заметил какое-то шевеление около заросшего кустами забора частного дома. Андрей отполз за поваленный ствол дерева и, прячась за ним, несколько раз выстрелил по кустам, потом еще и еще. Как назло, поднялся сильный ветер, и в лицо Андрею полетели пыль и мелкие песчинки. Они царапали кожу и забивали нос. Видимость значительно ухудшилась. Андрей прижался к асфальту, чтобы поменять рожок.
Вдруг раздался глухой металлический звук – Ника выронил из рук автомат. Абхазская пуля попала ему в шею. Хлынувшая кровь растеклась по воротнику камуфляжа. Стоя на коленях, словно приговоренный к расстрелу, Ника пытался что-то сказать, но не мог произнести ни слова, только шипел. Это продолжалось несколько секунд. Потом Ника рухнул на асфальт и перевернулся на спину. Его тело дергалось в конвульсиях, но руками он все еще пытался зажать рану.
Андрей и Тенгиз бросились к раненому. Они оттащили Нику с середины дороги ближе к домам, и Тенгиз попытался убрать от шеи его руки, которые были уже по локоть в вязкой багровой жидкости.
– Вот черт! – взвизгнул Тенгиз, когда им это наконец удалось.
– Что? – спросил Андрей.
– Прямо в шею, в переднюю часть.
Их снова начали обстреливать – неожиданный и сильный огонь обрушился на отряд из маленького проулка между домами.
– Прикрой! – крикнул Тенгиз Андрею.
Тенгиз достал бинт, несколько кусков ваты и попытался перевязать рану. Но кровотечение было слишком сильным.
– Давай же, черт! Давай, давай! – то ли ругался, то ли заклинал Тенгиз, пытаясь пережать сонную артерию пальцами.
Андрей отстреливался, а когда огонь противника затих, оглянулся посмотреть, что происходит с раненым, и тут услышал какой-то щелчок сзади – даже на фоне усиливающейся перестрелки он узнал этот звук падающего оружия. Паша стал заваливаться на спину – пуля попала ему в грудь. Андрей рванул было к Паше, но, заметив какое-то движение в проулке, вынужден был остаться на своей позиции. Нодар, согнувшись, побежал к Паше и стал быстро осматривать тело, потом приложил два пальца к его шее и как-то подчеркнуто медленно положил голову Паши на асфальт. Колоритное лицо Паши еще сохраняло розовый цвет, но его выражение уже было неживым.
– Ну?! – Андрей взглянул на Нодара.
– Убит! – отрешенно произнес Нодар, бросив на Андрея короткий взгляд, и побежал к первой группе, которую уже теснили абхазы. Пата отделился от них и подбежал к погибшему Паше.
– Что, убит? – спросил Пата, упав на траву рядом с Андреем.
– Да! – кивнул Андрей. У него кровь стучала в висках, и ему казалось, что еще немного – и ему разорвет череп.
– Проклятье! – выругался Пата. – Надо оттащить его тело, туда, в угол. Помоги!
Они подобрались к месту, где лежал Паша. Судя по ожогу вокруг раны, видневшемуся сквозь разорванную тельняшку, пуля взорвалась, попав в грудь.
Андрей растерялся, но по команде Паты они взяли тело Паши – Андрей за ноги, Пата за руки. Мертвое тело оказалось весьма тяжелым.
– Клади его здесь! – сказал Пата. – Все, давай на позицию!