На пути им попался отряд кабардинцев – так Андрею сказал Амиран: он узнал язык, на котором те изъяснялись. Пришлось принять бой, но отряду повезло – они вышли из него без потерь, уничтожив противника. Потом уничтожили еще несколько армянских боевиков из Баграмяновского батальона, которых было легко узнать по галуну на плече.
Какое-то время они двигались, не встречая противника, а в районе набережной попали в засаду, организованную уже грузинами. Чудом удалось избежать жертв. Пата на грузинском языке потребовал прекратить огонь.
Грузинский боец в камуфляже рассказал, что его отряд отбил несколько атак близ Нового района, но после вынужден был отступить по приказу, который был спущен сверху. Впрочем, кем именно он был спущен, оставалось неясным. Теперь в количестве двухсот человек они удерживали позиции и ожидали подмоги. И вроде бы она должна была подоспеть в скором времени. Как такового фронта в городе не было.
Активное участие в штурме принимали армянские боевики из Баграмяновского батальона, которые всю войну воевали за абхазов. Армяне отличались особой решительностью в боях и жестокостью по отношению к грузинам. Они мстили им за то, что те первым делом обрушились на армян, когда в августе девяносто второго года вошли в Абхазию. У грузин были свои претензии к армянам, поскольку они собирали деньги на оружие, снаряжение и технику для будущей войны. Абхазы и армяне давно вынашивали планы о выдворении грузин из Абхазии. Грузины об этих планах были прекрасно осведомлены, но с их стороны было ошибкой доверить решение этой проблемы боевикам «Мхедриони». Большинство из них в начале войны занимались чем угодно, кроме защиты территориальной целостности Грузии. Их жестокость и грабежи первым делом коснулись армянского населения Абхазии. И не удивительно, что в этой войне армяне окончательно перешли на сторону абхазов.
Город был практически уничтожен. Обгоревшие дома, трупы людей и домашних животных на улицах, огромное количество раненых, массовый исход беженцев – таким был Сухуми в те дни.
Отряд вернулся в дом на улице Кирова. Здесь пока было тихо, можно хоть немного отдохнуть.
Оказалось, что Рамаз ранен. Пуля прошла навылет сквозь шею, чуть не задев сонную артерию. У Гиорги было сильно разбито колено.
Андрей снял бронежилет и вздохнул с облегчением.
В квартире не было никого из тех, с кем они столкнулись утром, если не считать трех грузинок, которые все так же суетились, помогая бойцам. Женщины старались никому не смотреть в глаза, безмолвно и торопливо выполняя свои обязанности. На кухне они накрыли небольшой, но сытный стол: кукурузные лепешки – мчади, сыр, огурцы, помидоры, зелень. Бойцы сели за стол, не проронив ни слова. После всего пережитого Андрея било мелкой дрожью, перед глазами стояло окровавленное лицо Ники, Паша, застывший в какой-то неестественной позе, и Рома, борода которого превратилась в кровавое месиво. Андрей думал о том, как все это несправедливо, и уже во второй раз в жизни ощутил, что человеческая жизнь ничего не стоит. Его снова начало мутить. Вдобавок с непривычки сильно болели плечи, а руки вообще было не поднять. Он не хотел, чтобы кто-то заметил его состояние, и сидел опустив голову.
– Господи, что будет с нашими ребятами? – начал Тенгиз.
– Ты имеешь в виду оставшихся там лежать? – уточнил Нодар.
– Да!
– Нужно сейчас же туда вернуться, – предложил Пата. – Потом будет поздно.
– Ты шутишь?! – возмутился Нодар.
– Туда опасно сейчас возвращаться! – поддержал его Гиорги.
– Но потом мы их не вытащим! А пока абхазов там относительно немного, – настаивал на своем Пата.
– Немного, но у них все равно перевес. К тому же они туда подгоняют еще живую силу. Туда идти нельзя, – угрюмо сказал Нодар. – Иначе мы оставшихся бойцов потеряем. Вы этого хотите? А?
– В общем-то, ты прав! – покачал головой Амиран. – Но сидеть тут и смотреть на весь этот ужас – хуже испытания не найдешь!
– Туда идти нельзя, – вторя Нодару, произнес Андрей. – Иначе нас перебьют.
За столом снова воцарилось молчание. Все делали вид, что занимаются своими делами. Нодар внимательно проверял свой боекомплект. Рамаз тихо разговаривал с Мерабом на грузинском, его голос звучал на удивление спокойно. Гиорги сидел развалившись на кухонном диванчике и курил.
– Выпить надо что-нибудь! – не выдержал Амиран. – Есть в этом доме выпивка?
Пата бросил на Амирана взгляд, полный презрения:
– Выпить? – он перевел взгляд на Нодара. – Это разве сейчас уместно?
– В смысле? – не понял Амиран.
– После всего, что произошло, ты хочешь выпить?
– Именно так!
Все насторожились.
– Мы шли туда, чтобы спасать тебя по его просьбе, – Пата указал на Андрея. – И ты говоришь про выпивку?
– А что тебя так нервирует, молодой человек? Не хочешь, не пей! – огрызнулся Амиран.
– Нервирует? – напрягся Пата. – Мы шли в Новый район, чтобы вытащить тебя оттуда, на обратном пути потеряли троих человек, а теперь ты хочешь выпить? – не унимался он.