Вдруг низкорослый сван метнулся к Амирану и что-то вонзил ему между ребер. Амиран замер и попытался оглядеться вокруг, не сразу поняв, что произошло. Андрей увидел на руках свана кровь, тот стоял над Амираном, будто чего-то ожидая. Судорога прошла по лицу Амирана. Он попытался сделать вдох и рухнул на колени, схватившись руками за что-то, торчавшее справа из его тела. Из-под его пальцев показалась кровь.
– Твою же мать! – прохрипел Андрей. Он понял, что Амиран пытается вытащить нож. Андрей попытался подползти к Амирану, потом, собрав последние силы, встал на ноги и, шатаясь, сделал шаг в сторону друга. В эту же секунду он снова получил прикладом по голове. На несколько минут Андрей отключился.
Очнулся он от криков Тенгиза. Сначала они сливались в какой-то протяжный вой. Потом Андрей все-таки смог различить кое-какие фразы:
– Тогда меня убейте! Чего стоите? Убейте же!
Гиорги лежал на земле, лицом в луже. Его тоже сильно избили, но Андрей заметил, что парень дышит. Мужчины, скорее всего из беженцев, окружили Тенгиза, который сидел на земле, держа Амирана на руках. Тот лежал в полубессознательном состоянии, но дышал. Между мужчинами ходил какой-то пожилой сван в традиционной серой шапочке и огромных кирзовых сапогах. Андрею бросился в глаза большой перстень с черным камнем на его указательном пальце. Старик прохаживался, придерживая за ремень висевший на плече калашников, и внимательно прислушивался к разговорам. С его лица не сходила угрюмая пренебрежительная усмешка. Иногда он криво ухмылялся и, выпятив губы из-под бороды и закурив папиросу, продолжал слушать крики. Тенгиз пытался объяснить, что Амирану срочно нужна медицинская помощь:
– Он теряет кровь! У него печень задета!
Андрей с трудом привстал, грязь, прилипшая к его одежде, повисла на нем тяжелым грузом. Сгорбившись, он пробрался сквозь толпу и упал рядом с Тенгизом. Амиран едва дышал, лужа крови под ним с каждой секундой становилась все больше.
– Вашу мать! – у Андрея не хватило сил даже на крик.
– Морфий есть у кого-то? Где я могу сделать ему операцию? – спросил Тенгиз у пожилого свана. Но тот сделал вид, что не слышит.
Амиран побелел, его взгляд затуманился. На лицо ему падали капли дождя, и он пытался ловить ртом брызги. Сваны отошли. Амиран с Тенгизом и Андреем остались предоставлены сами себе. Гиорги все еще лежал без сознания. Внезапно пожилой сван подошел к ним:
– Вы сами виноваты! Не подчинились нашему приказу. Если будет вертолет, мы попросим забрать вас, – плюнув на землю, он развернулся и ушел прочь.
– Что будем делать? – спросил Андрей Тенгиза.
– Придержи рану рукой. Чтобы кровь не шла, – cказал Тенгиз, хотя это было бессмысленно, и они оба это понимали. Он достал из своего рюкзака аптечку, взял какие-то таблетки и измельчил их.
– На, попробуй проглотить, – Тенгиз аккуратно высыпал порошок в рот Амирану, тот молча попытался проглотить крошки белого порошка, но они остались на его сухих посиневших губах.
– Что будем делать?! – повторил Андрей.
– Ничего не делайте! Дайте мне спокойно умереть! – дрожащим голосом произнес Амиран. Он едва мог говорить. – Ничего не хочу больше!
– Я сейчас, – сказал Тенгиз. – Там, кажется, еще врач был.
Он побежал к толпе беженцев.
Андрей пододвинулся к Амирану и немного приподнял его. Руки Амирана были холодными и дрожали. Лучистые янтарные глаза стали угасать.
Через некоторое время Тенгиз вернулся со шприцем.
– У меня есть морфий, – произнес он.
– А на что тебе морфий, хирург? Если инструментов нет, операционной нет… – едва слышно сказал Амиран.
Андрей с трудом сдерживал слезы. Он оглянулся, выискивая подходящее место. Туман медленно плыл по ущелью, и Андрею показалось, что все это ему мерещится. Что это какой-то дурной сон, который сейчас закончится.
Тенгиз отвернулся и вышвырнул шприц.
– Я умираю, – прошептал Амиран, – а чувствую себя хорошо, лучше даже, чем иногда, когда жил. И мне не стыдно за то… – Амиран учащенно дышал, каждое слово давалось ему с большим трудом, – за то, что я сделал перед смертью, но было стыдно иногда за свои поступки при жизни. – Он замолчал. Из его рта стала вытекать белая пена. Через минуту, набравшись сил, он продолжил:
– Я приехал воевать, а получил нож.
Сделав еще один судорожный вздох, он произнес:
– Так всегда в Грузии.
– Я тебе скажу последнее, – добавил Амиран.
– Что? – всхлипывая, спросил Андрей.
– Твоя мать должна тобой гордиться, – его тело дрогнуло, – ты хорошо сражался, и…
– Что? – переспросил Андрей.
– Тсс… – вырвалось из груди Амирана. Его тело замерло, а лицо приобрело спокойное выражение. Андрей вскрикнул:
– Тенгиз!
Тенгиз бросился делать искусственное дыхание. Он приложил свои губы к остывавшим губам Амирана. Потом в какой-то истерии стал двумя руками давить на грудную клетку уже мертвого тела. Тенгиз сделал два надавливания и беспомощно посмотрел на Андрея, тот подошел к нему и взял под руку, помогая подняться. Тенгиз взорвался:
– Черт! Черт! Черт!