– Дин! – прожив с магами столько лет в одном доме, Лили научилась управляться с даром не хуже выпускника академии. Тем более, что у дочери открылись способности к стихии земли, и та часто делилась успехами с кормилицей. Потому и усмирить непокорные стихии графа Шатор не составило труда. Женщине хватило одного поцелуя, после которого предметы вернулись на места, а кристаллики льда обратились в воду. – Мы обязательно найдем выход. Вместе. Но не такой ценой. Ари не должна платить за наши ошибки, как и Лиса, и любой другой ребенок.
– Как скажешь, родная, – ответил Гордиен, – поступим так, как ты хочешь.
Подивившись тому, как быстро его магия покорилась воле единственной и желанной женщины, граф и сам почувствовал себя пластичной глиной в ее хрупких пальчиках. Малейшее желание исполнил бы в тот же миг. Спутница мага достойна самого лучшего – собственного дома, семьи, достатка. Гордиен Шатор готов положить к ногам любимой жизнь и весь мир. И если Лили хочет сохранить отношения в тайне, так тому и быть. Но это не помешает сегодня же заняться вопросами безопасности. Если существовала возможность отменить заказ, он это сделает. Если же нет, купит Лилиан баронство. Состояния, которое за шестнадцать лет приумножилось втрое, хватит на титул, земли и постройку нового дома.
* * *
После пронзительной истории Гордиена нлер Шатор Кара целый день провела в комнате. Девушка лежала на кровати и созерцала потолок, пока перед глазами вновь разворачивались события чужого прошлого. Неофит минута за минутой перебирала фрагменты жизни мага и его любимой, но так и не поняла, в чем состоял ее урок. Чьи обиды надлежало простить? К кому проявить милость? Уж не к барону Ридж? Так, того давно в живых нет, и он заслужил смерть. В каких грехах покаяться? Кому? Жизнь сама рассудила молодых влюбленных, и они сполна расплатились за свою глупость и чужие козни. Кощунство искать справедливости тем, кто испытал ее торжество временем. Да и не было Дину и Лили никакого дела до остального мира, когда они только обрели хрупкое счастье. Маленькая искра жизни, что яркой звездочкой зародилась в сфере Лилиан, говорила о новой странице в судьбе воссоединившейся пары.
Возможно, это не та семейная тайна, о какой говорил Антор? – иного ответа Кара не нашла. – Быть может, разгадка кроется в прошлом Шейлин Шатор? Может, Террена Райнера? – В любом случае неофит намеревалась покопаться в грязном белье обоих магов, и для разнообразия выбрала сферу Шейлин.
* * *
Детские годы маленькой герцогини Роску прошли в неге и роскоши. Огненная непоседа доставила много хлопот родителям, тем не менее чрезмерная опека и восхищение сыграли с девушкой дурную шутку. Учеба в академии, как очередной каприз избалованной девчонки, принесла неожиданные результаты. Розовая пелена спала еще в первые дни, когда наивность Шейлин попала под тяжелый пресс местных реалий. Пресловутый контроль над магией, который стабилизировался стихией земли или воздуха, герцогиня обрела лишь на третьем курсе. Два предшествующих этому года стали настоящим испытанием, потому что желающих оказать подобную услугу рыжеволосой красавице оказалось достаточно, чтобы испортить жизнь. Романтический идеал истинной любви, впитанный с малых лет, и увлечение женскими романами, вынуждали искать того самого, единственного, при одном взгляде на которого сердце воспарит свободолюбивой птицей. Преподаватель, нанятый семьей Роску, придерживался строгих нравов. Откуда было знать маленькой девочке, что нлер Доумс в молодости пострадал от ветрености такой же огненной магички? Наоборот, Шейлин нравились рассказы – о парах, влюбляющихся с первого взгляда; о мужчинах, совершающих подвиги во имя избранницы; и о «долго и счастливо» с единственным избранником. В выдуманных историях не было места другим мужчинам, кроме того, в кого влюблялась героиня. Неудивительно, что девушка с нетерпением ожидала момента, когда же повстречает такого человека, из-за которого сердечко забьется быстрее.
Немногие парни в академии могли похвастаться происхождением или воспитанием. Большей частью вышедшие из низов, молодые маги напрямую предлагали Шейлин оказать услугу и стабилизировать контроль над стихией. Такие смельчаки впоследствии отличались следами пощечин, обожженными пятнами на теле и облысевшими макушками. К третьему курсу активность подобных предложений уменьшилась. Остались самые стойкие поклонники, которые заваливали девушку цветами и подарками, настраиваясь на продолжительную осаду неприступной крепости.
