Помимо личных отношений — подарки, рестораны, совместный отдых — Владимир с Артуром практиковали установку различных якорей, чтобы посильнее привязать к себе клиентов (собственно говоря, то же самое делал и я у себя на Совинкоме). Придумывались разнообразные формы взаимодействия, чтобы организации не так-то просто было отказаться от сотрудничества с Экссоном. В декабре мне было поручено поработать с заместителем по экономике Балт-Электро — помочь составить бюджет на следующий год (ориентировочный на год, и точный на 3–6 месяцев 2005 года). (выполняя эту работу, я с горечью отметил, что не смог заставить делать это своих сотрудников, в нормальных организациях к этому вопросу подходят очень серьёзно). Я предоставил расценки на сырьё и график наших выплат. Мы гарантированно выкупали всю заводскую продукцию — аккумуляторные батареи тепловозной группы (завод прекратил выпуск автомобильных аккумуляторов, а военные — для военных судов, танковые, и прочие — предприятие поставляло Министерству обороны напрямую, и на заводе специально находилось «представительство заказчика», т. е. военные специалисты ОТК). Также я сделал обзор по рынку свинца, полипропилена, сурьмы, медного проката и прочих комплектующих — то есть добыл прайс-листы, коммерческие предложения и сертификаты производителей соответствующей продукции. Пришлось воспользоваться компьютером и сканером, чтобы подправить некоторые цифры — всё-таки многие позиции мы продавали дороже, а главный экономист завода должен был утвердить Экссон как основного поставщика и покупателя (фактически как торговый дом). Но мы немного погрешили против истины — дело в том, что никто на рынке не гарантирует цены на год вперёд, особенно на свинец, стоимость которого меняется в зависимости от колебаний на Лондонской бирже. И здесь нам пришлось изрядно поразмыслить: мы давали заводу твердые цены на сырьё на ближайшие полгода, исходя из которых завод предоставлял нам цены на готовую продукцию, которые мы в свою очередь давали нашим потребителям — Управлениям железных дорог, руководство которых закладывало в бюджет соответствующие деньги. Просчитав и утвердив бюджеты, предприятия не могли ничего изменить вплоть до утверждения следующего бюджета — ведь в нём предусмотрены как доходы, так и расходы, если изменить хотя бы одну цифру, всё полетит в тартарары, а от бюджета в свою очередь зависит масса других показателей. Немного отступая, отмечу, как всё-таки умиляют некоторые клоуны, которые, увидев в СМИ объявления о государственных тендерах, публикуемых чисто для вида, влазят со своими коммерческими предложениями, а когда их предсказуемо игнорируют, начинают рамсить — поднимать шум в СМИ, подавать в суд и так далее. Если люди сверстали бюджет на год вперёд и просчитали каждую копейку, то они не могут ни на шаг отступить от договоренностей с другими людьми, от которых зависит выполнение плана. В цены, которые кажутся высокими, забиты рыночные колебания стоимости сырья и страховка на случай форс-мажора. Допустим, тендерная комиссия польстилась на свинец, который Вася Бритозалупкин и Ко предлагает на десять копеек дешевле, чем Экссон, и предприятие заключило госконтракт с Бритозалупкиным из села Хуево-Кукуево Чуханасовской области, которого видит впервые и отказало нам, с которыми успешно проработало уже много лет. В итоге Бритозалупкин не смог выполнить поставку, либо, сработав первый раз в ноль, на следующий раз задрал цены (обычно всё происходит именно так), а отношения с Экссоном испорчены. В этом месяце предприятие обеспечило себя сырьём, а на следующий цены выросли и никто, в том числе Экссон, не сможет дать цены, которые были заложены в бюджет в начале года. Сколько раз мне приходилось сталкиваться с такой ситуацией, когда в конце года в госучреждениях концы с концами не сходятся из-за того, что прогноз по закупочным ценам на товары и услуги значительно отличается от реалий и соответствующий департамент не может обеспечить необходимыми материалами и услугами госпредприятия, учреждения здравоохранения и так далее из-за того, что некоторые чиновники идут на поводу этих идиотских нововведений в виде открытых конкурсов и в дело вмешивается фактор случайности. Открытые конкурсы — это угроза исполнению бюджета. На открытый конкурс можно отдавать лишь небольшие суммы, а когда речь идёт о крупных — тут должен работать другой механизм. Иначе начнется бардак.
В нашей ситуации мы, конечно же, рисковали больше всех, потому что брали на себя обязательства отгружать по фиксированным ценам сырьё на завод и батареи на ОАО РЖД. Многие соглашения, заключенные за закрытыми дверями кабинетов, не были документально оформлены, но от этого они не становились менее обязательными.
