– Я знаю, – заговорила Зев после паузы. – Вы согласны? В этой комнате нет идиотов. – Она указала на Мордекая. – В первый момент, когда я появилась, он перепугался. Увидев, что на мне нет партийного жетона, он успокоился. Но я закончу здесь и вернусь в производственное управление, где мне придётся встретиться с шефом, а он членом партии является. Если я сделаю или скажу что‑нибудь не то, всю мою семью вычистят из вселенной. Вы хотите выйти отсюда и встретиться с мобами, которые знают, что такие люди, как вы, рыскают по коридорам, ищут их и стараются убить. И они живут в постоянном страхе, который внушаете им вы, господа. Мы все – части одной неумолимой машины. Все мы боимся. Да, ваше место в этом – отстой. Это несправедливо. Вы это знаете. Кошка это знает. Но хотите верьте, хотите нет, я на вашей стороне. Чем лучше будете справляться вы, чем дольше вы будете держаться, тем лучше будет мне. Поэтому, если я скажу вам что‑то сделать, лучше прислушайтесь, потому что я знаю, о чём говорю.
Несколько секунд никто не двигался с места и не произносил ни слова. Мы просто были там, просто смотрели друг на друга.
– Похоже на сцену из третьего сезона «Сплетницы», где Чак и Блэр расстаются из‑за отеля, – сказала Пончик.
Я посмотрел на сидевшую у меня на плече кошку и вдруг расхохотался. Не сумел сдержаться. Ничего смешного не было. Я не видел это хреновое шоу. И всё‑таки я хохотал и остановился с трудом.
– Нет, не то, – сказал Мордекай после недолгого молчания. – Как то и другое связано?
Зев остановила рыбий взгляд на моей кошке, затем перевела его на Мордекая.
– Не могу поверить. И вы, и вы смотрели «Сплетницу»? В моей команде не смотрят ничего, кроме такого старья, как «Полицейские» и «Судья Джуди». Мы привязаны к месту вот уже пятнадцать солнечных возвращений, у нас нет никаких развлечений, кроме программ с земной тематикой, и мне не с кем о них поговорить.
– Милая вы наша! – Пончик соскочила с моего плеча и уселась рядом с рыбкой. – Я всё‑всё видела. Пятый сезон, столкновение на дороге?
– Постойте, не надо, я из‑за вас заплачу.
Зев замахала своими рыбьими ручками. Рыбы умеют плакать? Они наперебой заговорили про шоу. Беа имела обыкновение пересматривать сериалы бесконечно. Она тискала Пончика и хлюпала носом.
– Это опасно, – шепнул мне Мордекай, когда Пончик и Зев всерьёз увлеклись своим разговором. – У неё самый низкий уровень, при котором можно быть админом. А ты контролируй свой темперамент. У неё есть возможность задавить вас. Все Куа‑тин опасны, неважно, члены партии или нет.
– Что это ещё за пакость – партия? – спросил я тоже шёпотом.
Мы с Мордекаем отошли на пару шагов в сторону. Он был прав насчёт моего темперамента. Я редко терял самоконтроль, но в тот момент дело было в другом. Мне представился редкий случай поговорить с Мордекаем без свидетелей.
– Политическая партия. Она называется «Цветение». Сейчас все говорят просто «Партия». Ультранационалисты. В вашей истории ближайшая аналогия, пожалуй, Япония и нацистская Германия времён Оси[130], но и это не вполне точная параллель, – объяснил Мордекай. – Когда я подписывал свой контракт, «Цветение» представляло меньше пятнадцати процентов избирателей. Сейчас эта партия контролирует всю правительственную систему Куа‑тин. Зарыла правительство в землю. Вся система – банкрот. Недавно всех Куа‑тин, будь то члены партии или нет, обязали носить на себе жетоны.
– Иисусе, – выдохнул я.
– Слушай внимательно. – Мордекай нервозно оглянулся на Зев. – Некогда вдаваться в подробности, но собственное правительство вынуждает «Борант» заканчивать игру как можно быстрее. Вам нужно вести себя особенно осторожно и не раздражать их.
Во мне поднималась тревога.
– Не понимаю, – сказал я. – Я думал, они замораживают контракты, чтобы предотвратить банкротство. Ну, что‑то в этом роде. Так поясняла Одетта.
Мордекай кивнул.
– Так и все в первое время считали. Они гребут деньги с новой системой патронажа откуда угодно: от рекламы, от туризма, от монстров‑спонсоров, из любых источников. Но они не получают деньги, пока сезон не будет завершён. Им нужна звонкая монета, и как можно быстрее. Но ещё им нужно накопить как можно больше. Вся система балансирует, как гимнаст на проволоке. Им нужно, чтобы игра была развлекательной и доходной, и в то же время её нужно закончить раньше, чем обычно. Комитет уже вынес предупреждение, извещающее «Борант» о багах, которые не исправлены, таких, как вопрос туалетов или злоупотребления мобов. Как только число багов станет чрезмерным, «Борант» потеряет всё. Существуют защиты местного уровня, брожения внутри самой компании. Но правительство Куа‑тин прикладывает сверхусилия для того, чтобы вы были убиты.
– Просто удивительно, – сказал я.
Зев подняла на меня взгляд, как будто удивляясь, что я всё ещё в комнате. Мордекай заметил это и отошёл на несколько шагов.
– Пончик, нам пора уходить отсюда! – крикнул я. – Надо дочистить этот сектор, а потом проводить «Медиа Ларк» к лестнице. Хочу освободиться до следующего итогового выпуска.
