Сжимаю лямку рюкзака и повторяю маршрут Брайана, представляя, что он идет рядом. От этого становится легче. Я даже слышу его шаги за спиной. Складываю в рюкзак воду, бинты, спички, порошок для прижигания ран, складной нож, фонарик и прочие вещи. Все то, что было собрано в прошлый раз. Застегнув молнию, прикрываю веки и выдыхаю. Сегодня я не испытываю того дикого страха, который связывал меня по рукам и ногам в прошлом. В этот раз я не иду в неизвестность. Я уже была на конклаве, видела всех глав городов и имею представление о каждом из них. Теперь я знаю, что доверять никому нельзя. Они – акулы, которые уничтожают на своем пути все. Для них нет разницы, что придется положить к алтарю их правления – букет цветов или уйму человеческих жизней.
Покинув склад, иду к машине, закидываю рюкзак на заднее сиденье и забираюсь следом.
– Готова? – спрашивает Адриан, обернувшись ко мне.
– Да.
– Поехали, – говорит он Дейлу, и мы плавно отъезжаем от склада.
Дорога до вертолетной площадки проходит в полной тишине. Не знаю, о чем думают мои соседи, а я не могу перестать проводить параллели с прошлой поездкой. Тогда я неслась на мотоцикле и хваталась за Брайана так, что у него явно остались синяки.
Гул вращающихся винтов выводит меня из транса. Дейл останавливает машину, и я тут же выбираюсь из нее, захватив рюкзак. Захлопнув дверцу, вижу, что водитель тоже вышел из машины. Я знаю, что дальше Дейлу с нами нельзя, поэтому обхожу автомобиль и останавливаюсь перед своим молчаливым напарником.
– Ты нашел мне замену? – спрашиваю я, хотя и так знаю ответ.
– Нет. Буду один патрулировать, – отвечает Дейл и отводит взгляд в сторону.
Иногда мне кажется, что ему тяжело смотреть человеку в глаза, когда он ведет диалог. Дейл по большей части сторонний наблюдатель. Так ему более комфортно. Ведь в этих случаях нет нужды делиться эмоциями напрямую.
– Мы вернемся через три недели, – напоминаю я. – Будь осторожен. Ладно?
– И ты, – тише обычного говорит он.
Улыбаюсь ему, хотя Дейл этого не видит и, привстав на цыпочки, обнимаю. Отстраняюсь и, отступив на шаг, разворачиваюсь. Добегаю до вертолета. Меня чуть не сносит ветром, но я добираюсь до двери. Адриан протягивает мне руку и помогает забраться внутрь. Сажусь напротив него и надеваю наушники, через которые мы сможем разговаривать. Но самое главное их преимущество в том, что мы не оглохнем до момента посадки.
Вертолет взлетает. С ужасом наблюдаю за тем, как мы набираем высоту. Жуть пробегает по позвоночнику, когда я думаю о падении с высоты. Это опаснее конклава и разоблачения. Там есть вариант сбежать, здесь он исключен.
Удаляемся от Салема, и тревога становится все сильнее и сильнее. Мы идем на неоправданный риск. Меня страшит момент, когда я останусь полностью безоружной перед Поулом. Надеюсь, что в случае нападения смогу отбиться.
К черту надежды.
Я знаю, что смогу отбиться от него.
Интересно будет наблюдать за парадом лицемерия и лжи. Я точно знаю, что половина глав городов повязли в беззаконии и, наплевав на уставы, нарушают их день ото дня. Власть лжива.
– В этот раз нам намного проще будет добраться до лодки, – голос Адриана врывается в мои мысли.
Киваю и снова перевожу взгляд за окно.
Если откинуть нервозность, то картина за стеклом потрясающая. Солнце постепенно скрывается за горизонтом, разрисовывая небосвод в алые тона.
Всю дорогу стараюсь смотреть на линию горизонта и не концентрироваться на высоте.
Вертолет приземляется на площадку, когда о солнце остаются только воспоминания. Винты прекращают движение, и мы с Адрианом выбираемся наружу.
Накидываю лямки рюкзака на плечи и смотрю в сторону, куда мы сейчас пойдем. Адриан общается с пилотом, а я отгоняю флэшбеки.
В этот раз все будет по-другому.
Адриан не останется висеть на дереве, проткнутый веткой.
Я не буду просить помощи пилота в его спасении.
В этот раз мы изменим ход событий и из жертвы превратимся в хищника.
Чтобы повлиять на конклав и новые договоры, нам придется надеть личину лицемерных прихвостней и соответствовать окружению на сто процентов.
Адриан останавливается справа от меня. Повернувшись, замечаю очертания чужих вертолетов. В этот раз их больше. Скорее всего мы прибудем последними. На то и был расчет, чтобы не встретиться на тропе с другими главами городов и не показать им видоизмененного Люка до начала основного представления.
Не сговариваясь, в унисон шагаем вперед и уже через пару десятков метров ступаем на траву.
Начинаем петлять, освещая дорогу двумя фонариками. Даже если бы я очень сильно пыталась запомнить тропу в прошлый раз, у меня бы все равно ничего не вышло. Кажется, что моментами мы и вовсе ходим кругами. Благо Адриан знает дорогу, одна бы я и за год не дошла до переправы.
– Так много насекомых, – неожиданно говорит мой спутник.
И только сейчас, сконцентрировавшись за звуках я их замечаю. Стрекотание, жужжание.
– Они тебе мешают?
– Нет. Все, что касается природных звуков, больше успокаивает.
– Люди нервируют не только тебя.
Слышу, как Адриан фыркает, и улыбаюсь.
