– Я тоже про это слышал. Но его первая жена оставалась в Карт-Хадаште и вела хозяйство. Про других не знаю. Вот только плохо одно: если верить обеим жрицам, тебя нельзя никуда увозить по крайней мере пока у тебя не зарубцевались раны. Ну или хотя бы еще пару дней. Тем более что нам нужно будет подготовиться к возможному приходу римского подкрепления, о котором говорил этот проклятый Манилий. Ладно, спи давай.
– Хаспар, Адхербал, а могу я вас кое о чем попросить?
– Ты – что угодно. Кроме, конечно, луны с неба: ее мы попросту не сможем достать.
– Скажите мне, а здесь на свадьбах есть дружки у жениха?
– Конечно. Это очень почетно для дружек.
– Я бы хотел, чтобы моими дружками были вы двое. По крайней мере на первой свадьбе. Когда она, конечно, еще будет…
Хаспар и Адхербал переглянулись, затем поклонились мне.
– Спасибо за столь большую честь. Быть дружкой всегда почетно, но у спасителя города…
– У вашего друга – я надеюсь, что это на самом деле так.
Оба они по очереди подошли ко мне и обняли меня. Потом Ханно достал свой кинжал, взрезал себе палец, и провел пальцем по моей ране, а потом передал кинжал Адхербалу, который сделал то же.
Я, конечно, подумал про антисанитарию, да и, если честно, про все те же группы крови, но был весьма тронут.
А Хаспар торжественно объявил:
– Теперь мы больше чем друзья. Мы – кровные братья.
Через неделю раны начали заживать, и я сам себе поставил диагноз: могу передвигаться. И решил как можно скорее отправиться в Карт-Хадашт, хоть меня и всячески отговаривал Хаспар. Сам он намеревался остаться в Ыпоне, чтобы дождаться обещанного Манилием прихода римлян и поприветствовать их как положено. Адхербал же ушел на «свободную охоту», надеясь не только сообщить о приходе римского флота, но и как можно больше потрепать его.
Но я решил, что мне нужно как можно скорее выступить перед Советом, и, кроме того, нам могли понадобиться дополнительные силы для удара по Ытикату, который, по задумке, должен был случиться сразу после отражения римской атаки. Причем оголять собственно Карт-Хадашт никак не стоило: у новых консулов, кем бы они ни были – а я напрочь забыл фамилии тех, кто ими стали в нашей истории, да и не факт, что здесь выберут тех же самых, – могут быть самые разные идеи, в том числе и попытка внезапного штурма города. Шансов на успех у них, конечно, не будет, но это при наличии достаточного гарнизона. Так что «нужно было посмотреть».
Увы, на коне я все еще не мог передвигаться, только на повозке. Да, у меня был один экипаж с рессорами, пока еще экспериментальный. Я всюду ездил верхом, но пару раз прокатился в «брикат», как обозвали бричку на пуническом, и мне понравилось намного больше, чем в здешнем экипаже.
Эх, будь у меня мой грузовичок… Но его я заводил очень редко, где-то раз в месяц, чтобы подзарядить батарею. Горючего оставалось чуть меньше полубака, и, пока не будет решен вопрос с созданием нового, я не собирался излишне расходовать старое: никогда не знаешь, когда это «средство передвижения» вдруг понадобится. Нет, не для бегства, хотя, конечно, близких мне людей можно было бы и эвакуировать, ежели что. Но в первую очередь как движущаяся огневая точка.
С собой я взял лишь два десятка «каазаким», а также Пенелопе. Нет, вы не подумайте, отношения наши с этой прекрасной дамой были чисто дружескими, и никаких поползновений в ее сторону у меня и близко не было. Хотя, как я уже рассказывал, она мне очень понравилась. Но в планах у меня было лишь привезти ее в Карт-Хадашт и, как только получится, отправить домой в Коринф.
А насчет маленького отряда… Как ни уговаривал меня Хаспар, я решил, что проскочу так или иначе, тем более что у римлян есть дела поважнее. Тем не менее Хаспар распорядился, чтобы четверо «каазаким» все время находились в дозоре: один спереди, один сзади, двое на флангах. Большую часть территории, по которой мы должны были идти, занимали либо степь, либо поля, хотя кое-где располагались и рощи, а еще между нами и Карт-Хадаштом находились две реки – Баградат и Мелианат. Броды через них нам были известны, а дождей в последнее время не было, так что проблем мы не ожидали.
По прямой расстояние было чуть менее семнадцати парс, а одна парса приблизительно равнялась четырем километрам. Увы, тогда нам пришлось бы переправляться через Баградат чуть ниже Ытиката, что было по понятным соображениям нежелательно. Поэтому был выбран альтернативный маршрут: проследовать примерно в пяти парсах выше Ытиката через селение Гыдедат, хотя в результате расстояние более чем удваивалось – до тридцати четырех парс. Зато мы пересекли бы Баградат там, где он намного уже, чем ближе к устью, а Мелианат на этом расстоянии от берега вообще был ручьем. Но в любом случае на дорогу, которая так заняла бы три-четыре дня, даже включая переход через обе реки, потребовалось бы от семи до восьми суток.
