И тут произошло нечто невообразимое. Вглядываясь в лица пиратов, она постоянно натыкалась взглядом на совершенно незнакомых ей людей, что, впрочем, вполне объяснимо, и что, по мнению девушки, даже упрощало ее поиски. Она была твердо уверена, что единственным знакомым ей человеком среди этой толпы будет Джон Кросс, потому-то так упорно выискивая знакомое лицо в разношерстной толпе, она как бы заранее закодировала свое сознание именно на появление Кросса. Потому когда наконец-то увидела среди пиратов знакомое лицо, едва ли не закричала: «Джон!», не кинулась к нему. Крик уже почти сорвался с кончика языка, как вдруг она в последний момент сообразила, что-то здесь не так, и прикусила язык на полуслове. В следующее мгновенье она остолбенела от удивления: это был не Джон, а человек, которого она меньше всего ожидала увидеть здесь. Это был Джеймс Фрей!
Вот так неожиданность! Фрей устремил на нее свой взгляд, и Мери вся сжалась от страха, боясь быть разоб- лаченной. Но тот просто скользнул по ней взглядом, не обратив никакого внимания на жалкую старуху. В столь драматичную минуту Мери оставалась все же женщиной. До этого ли ей сейчас было, а она все равно, пусть даже на один миг, вспомнила, как он заискивал перед ней, давая понять девушке, что она ему безумно нравится. Вот тебе и нравится! Даже и не задержал на ней свой взгляд. Тоже мне, воздыхатель! И хотя обо всем этом она подумала не всерьез, а с легкой иронией, от которой сама слегка улыбнулась.
Но шутки шутками, а Мери было как раз не до шуток. И мужчине не грех опешить от столь потрясающей неожиданности, а что уж говорить о девушке. Появление здесь Фрея было столь нелогичным, что она снова и снова твердила себе: «Этого не может быть!» Она так много думала о поступке Джона, решившего заняться пиратским ремеслом, что начала воспринимать, пусть и с болью, это как нечто свершившееся, с чем, хочешь не хочешь, необходимо смириться. Но ведь Фрей! Тот Фрей, который так в своем письме осуждал проступок Джона, сейчас находился среди пиратов и было заметно, что он среди них свой. Мало того, командовал ими, отдавал приказы. Да как он вообще здесь оказался?! Ведь преследовал их «Генерал» Кросса!
И только тут девушка вспомнила, что было два корабля преследователя, только сейчас обратила внимание на то, что к борту «Брадобрея» пришвартовано не одно, а два судна! Боже! «Герцог»! Это же корабль Фрея!
Дела! Мери с трудом перевела дух. Столько потрясений! И все навалились так неожиданно и так сразу. Как же это все понимать? Вот они – «Генерал» и «Герцог», рядышком. И тот, кто решил заниматься пиратством, и другой, кто горячо осуждает это зло, они вместе, в одной упряжке. Мери впервые почувствовала, что здесь что-то не так, что за всем этим кроется какая-то тайна, и задалась целью непременно разобраться во всем. Тем более что Джона она по-прежнему нигде не видела, и первые смутные подозрения начали терзать душу. Потому-то решила пока не открываться, резонно полагая, что на правах постороннего наблюдателя сумеет узнать больше.
Но где же все-таки отец?! Она уже начала отчаиваться, подозревая о самом худшем, но не теряла надежды, что все-таки с отцом обойдется. Постойте! А что, если он в руках Фрея? Ведь тот, конечно же, непременно узнал отца, если они встретились раньше. Возможно, он сейчас сидит в каюте Фрея? Но тогда, почему отец не сказал Фрею и о ней, о Мери? Впрочем, она совсем рехнулась, так рассуждая, ругала Мери сама себя. Вон видны на одежде Фрея следы крови. Боже! Да он сам принимал участие в нападении! Он прилил кровь своих же соотечественников! Господи! Какой кошмар!
Продолжая искать отца и Джона, но не находя ни того, ни другого, она решила ухватиться за единственную ниточку, которая сейчас была у нее в руках. Ниточка – Фрей. Она подсознательно чувствовала, что сможет что-либо узнать о главном от него самого. Только не выдать себя. Она еще больше согнулась, сильнее надвинула на брови повязку, под которой были спрятаны ее смоляные волосы. Если бы раньше кто-нибудь предложил ей сумасшедшие деньги за то, чтобы она во всем этом, что сейчас было на ней, появилась на великосветском балу в Бристоле, Мери ни за что бы не согласилась, пусть даже это было бы состояние самого короля. Сейчас же, напротив, эта невзрачная одежина для нее дороже всех ее прежних, пусть даже самых дорогих нарядов, и она ни за что не променяет свои маскировочные лохмотья на все наряды мира.
Тем временем пираты говорили о каких-то своих делах, которые были мало интересны для девушки, но она все же неотступно следовала за Фреем, покахикывая и старчески покашливая, то и дело прикладывая тыльную сторону ладони к пояснице, из чего следовало, что старческие болячки вконец замучили несчастную.
