Он снова начал грести, и лодка быстро заскользила вперед, прямо к «Полярной звезде».
Я с любопытством смотрела на корабль.
Он был намного больше, чем «Морская красавица», и вблизи не выглядел старым.
— Новодел, — проговорил шкипер, словно отвечая на мой невысказанный вопрос. — «Звезду» сделали несколько лет назад по старым чертежам. Она может идти под парусами, но есть и мотор. Хороший корабль, быстроходный. А главное… посмотри, что стоит на корме!
Я пригляделась — и увидела на корме корабля какую-то громоздкую металлическую установку непонятного назначения, утыканную какими-то проводами и трубами.
— И что это?
— Компрессор…
— Мне это ничего не говорит.
— Установка для подачи воздуха. Так что «Звезда» может проводить водолазные работы.
Я ждала каких-то объяснений — почему это так важно и о каких водолазных работах идет речь, но шкипер угрюмо замолчал. Он продолжал грести, направляя нашу лодку ближе к «Полярной звезде».
Мы подошли к ней почти вплотную и теперь скользили вдоль ее левого борта.
Чуть выше воды был длинный ряд одинаковых круглых окошек — иллюминаторов в медных рамах. Я с любопытством заглядывала в них.
За иллюминаторами были жилые каюты и еще какие-то помещения.
Заглянув в одну из кают, я увидела на койке спящего человека. На столике возле койки стояла полупустая бутылка виски.
Я переглянулась со шкипером.
— Ага, — проговорил он, невольно понизив голос. — Я-то думал, как они оставили корабль без присмотра… А у них сторож есть…
— Да какой это сторож! — фыркнула я. — Напился и спит, никакими пушками не разбудишь!
Мы поплыли дальше, заглядывая в каждый иллюминатор.
Людей мы больше не увидели, но на стене в одной из кают висела старая пожелтевшая карта.
Шкипер тоже увидел ее и очень заинтересовался.
Он перестал грести, ухватился за край иллюминатора и некоторое время внимательно всматривался в него, потом повернулся ко мне и попросил:
— Сфотографируй ту карту, если сможешь! Я пока придержу лодку, чтобы не качалась.
Я достала свой многострадальный телефон, прильнула к иллюминатору и несколько раз сфотографировала карту, по возможности увеличив изображение.
Шкипер снова оттолкнулся от корабля и поплыл дальше.
Вскоре «Полярная звезда» скрылась за очередным поворотом.
Мы плыли вдоль берега еще полчаса, потом появилась довольно широкая, извилистая протока, и шкипер свернул в нее.
По этой протоке мы плыли совсем недолго, и наконец впереди показался знакомый силуэт корабля.
Я узнала «Морскую красавицу», хотя до сих пор видела ее только в темноте.
Шкипер подогнал шлюпку к борту в том месте, где с него свешивался трап.
Я потянулась было к трапу, но он остановил меня:
— Подожди минутку, я должен подняться первым, чтобы предупредить сторожа.
— Сторожа? — переспросила я. — Какого сторожа? Такого же, как на «Полярной звезде»?
— Увидишь, — он упорно не реагировал на мои насмешки. — Пока придержи лодку, чтобы не уплыла.
Я ее придержала, а он быстро вскарабкался по трапу и с кем-то заговорил. Впрочем, второго голоса я не услышала, немой у него там, что ли, сторожит?
Мой рыжий приятель перегнулся через борт и сказал тихонько:
— Поднимайся, я его предупредил!
Заинтригованная, я взобралась по трапу и влезла на борт.
Шкипер стоял возле трапа, а рядом с ним…
Рядом с ним стояла красивая рыжеватая собака с черной заостренной мордой и выразительными карими глазами. Она внимательно смотрела на меня, и во взгляде ее не было приветливости. Серьезный такой взгляд, оценивающий.
— Это Самсон, — представил собаку шкипер. — Он — малинуа… бельгийская овчарка. Теперь он тебя запомнил и отныне считает за свою. Пустит тебя на корабль и не тронет.
— И откуда у тебя взялся такой красавец? — спросила я и улыбнулась собаке.
— Я его у Степаныча одолжил. Его привезли к Степанычу в ужасном состоянии — кто-то сбил пса машиной и бросил на дороге. Ну, нашелся добрый человек, подобрал, отвез в клинику. Степаныч его вылечил, выходил, и теперь Самсон живет у него в клинике. Ну вот, я его взял на несколько дней погостить и заодно посторожить «Морскую красавицу», пока Серого нет и я ухожу по делам. Самсон очень умный и хорошо обучен. Посторонних на корабль ни за что не пустит! Самый надежный сторож!
Надо сказать, что Самсон на мою лесть никак не отреагировал, а на шкипера посмотрел одобрительно.
— А можно его погладить? — спросила я осторожно.
— Ну попробуй… хотя, конечно, он пес серьезный, но тебя теперь считает за свою.
Я подошла к Самсону и погладила его по загривку, потом почесала за ушами. Сперва он был немного насторожен, но потом успокоился и завилял хвостом. Хотя мне показалось, что сделал он это исключительно из вежливости.
— Ну все, вы теперь друзья! — проговорил шкипер. — Но у нас много дел… Самсон, стеречь!
Самсон перестал вилять хвостом, подошел к трапу и лег возле борта корабля, так что его не было видно снаружи.
Оставив пса на вахте, мы прошли в каюту.
Шкипер включил масляный радиатор, и очень скоро в каюте стало тепло.
— На! — он бросил мне здоровенную тельняшку и широкие штаны. — Переоденься, а свое развесь вон там, быстро высохнет. Нехорошо в мокром сидеть, простудишься…
