Кое-кто из сотрудников, конечно, разошелся по объектам. Аринка взяла больничный, якобы от стресса, на самом деле бегает после аварии в ГИБДД как на работу, там дело долгое. Аглаи нет, меня нет, Татьяна в отпуске по семейным обстоятельствам, Сергей…
— Про Сергея я знаю.
— Ага, так что только мы с Леликом на месте… А с нашим-то знаешь что?..
Ленка набрала воздуха, чтобы выложить все про начальника, но тут меня настиг его голос из кабинета:
— Королькова! Срочно ко мне!
Когда я предстала пред светлые очи начальника, то сразу поняла, что с ним что-то не то. Выглядел он плоховато, болеет, что ли? Или давление подскочило? Бывает, когда долго орет, лицо его становится малиновым, щеки обвисают, и пот течет градом на шею.
Сейчас ничего такого не было, напротив, босс был какой-то бледный, поникший, голову держал криво и смотрел вбок тусклыми невыразительными глазами.
«Снулый» — вспомнила я удачное Сережино выражение. Точно, подходит.
Однако при виде меня начальник взял себя в руки и решил разговаривать по-прежнему.
— Королькова! — рявкнул он. — Где ты шлялась два дня?
И тут я рассвирепела. Захотелось схватить что-нибудь тяжелое и запустить в эту наглую физиономию. Но я не стала этого делать, набрала побольше воздуха и заговорила:
— Во-первых, извольте обращаться ко мне «на вы». Я вам не кто-нибудь, а сотрудница, не просто так у вас в кабинете толкусь. Во-вторых, выбирайте выражения, не в кабаке находитесь, хотя я лично с вами даже в дорогой ресторан бы не пошла, раз вы вести себя не умеете.
— Что-о? — он раскрыл рот и даже привстал со стула.
— Что слышал! — тут уж я повысила голос. — Я не шлялась, а искала по городу Аглаю Михайловну! И не по своей прихоти. Сам же меня за ней послал.
— Нашла? — прищурился он.
— Нашла! В больнице, в тяжелом состоянии! Инсульт у нее, на улице подобрали, она там лежит, они понятия не имеют, кто такая! А вам и горя мало, никто и не вспомнил!
Краем глаза я видела Ленкин разинутый рот и выпученные глаза. Больше всего она удивилась, что я так ору на начальника. А меня несло дальше.
— Родственников у нее нету, никто не искал. Так бы и померла неопознанная! Неделю уже человека не было, а вам хоть бы что! Правильно Аглая говорила, что как начальник вы — ничто, что людьми руководить вы совершенно не умеете, и вообще, фирма при таком руководстве долго не протянет.
Тут я на мгновение остановилась, чтобы перевести дух. И ожидала, что сейчас грянет гром. А мне не страшно — плюну и уйду. Уволюсь нафиг, давно собиралась.
Начальник, однако, ничего не говорил. Он поерзал на месте, тяжко вздохнул и помотал головой.
— У вас все? — спросил хрипло.
— Не все, — опомнилась я. — Нужно в больницу принести ее документы, дайте бумагу, что я не кто-то, а сотрудница из ее фирмы, а то там в ТСЖ такая зараза сидит, на слово не поверит.
— Ладно…
И пока он составлял нужную бумагу, Ленка шепотом поведала мне, что ничего он не болен, а просто жена засекла его наконец с любовницей. Она устроила грандиозный скандал и грозит разводом, а у него половина имущества на нее записана. И фирма, кстати, тоже, так что Аглая и тут права оказалась, вполне он может из-за своей глупости фирмы лишиться…
Разумеется, я была права, и та тетка из ТСЖ долго меня мурыжила, но документы с работы сыграли свою роль. Никакого ключа от своей квартиры Аглая в ТСЖ не давала, и никакие соседки в подругах у нее не ходили (кто бы сомневался).
Так что по звонку техника явился слесарь — толстый такой дядька, который пыхтел при ходьбе как паровоз.
— Вообще-то услуга платная, — хмыкнул он, увидев замок.
— Вот с хозяйки и получишь! — огрызнулась я.
— Получишь с нее, как же…
— Слушай, человек в реанимации, имей совесть!
— Да ладно уж… — он быстро все сделал и ушел.
Я нашла документы, все лежало в ящике стола, в больнице все приняли, сказали, что Аглая в реанимации, состояние стабильное, посетителей к ней не пускают.
И на выходе меня настиг звонок Павла.
— Мы тут с Серым плывем на место, — сказал он, — можем тебя подхватить…
Был соблазн послать его подальше за утреннее хамство, но очень хотелось увидеть карту в действии.
Павел заглушил мотор, и «Морская красавица» замедлила ход, продолжая двигаться по инерции.
— Судя по архивным записям, «Серебряный альбатрос» затонул на этих координатах.
Серый включил планшет, загрузил программу, отображающую показания эхолота. Выглядел он неплохо для недавно раненого, сказал, что рука еще болит, но терпимо. Мне обрадовался как родной, даже обниматься полез.
На экране появилась достаточно отчетливая картинка — ровное дно с небольшими впадинами и выступами.
— Ничего похожего на корабль…
— Ну да, если бы все было так просто, корабль Лёвеншельда уже давно бы нашли! Но у нас теперь есть карта…
Павел достал заветный документ из футляра, разложил его на подставке перед штурвалом.
Перед нами была выцветшая, очень старая карта, но тем не менее на ней были отчетливо видны все изгибы берега, все ближние острова — и между ними был показан рельеф дна.
Дно было почти ровное, такое же, как то, что мы видели на экране планшета.
Я разочарованно вздохнула…
И тут же ахнула от удивления.
