— Для начала я предлагаю положить конец нашей вражде. — Тэл'Арак поднял каменный осколок, сжал его в кулаке, до хруста. — Если нам так необходимо всё время кого-то убивать, мы будем убивать людей, а не друг друга. Я никогда не осуждал тебя, Ридатиар. Это высшая истина. Правитель не должен обращать внимания на стоны раненных и плачь у погребальных костров. Мы сражались за свой народ, ты пытался спасти свой. Вы приняли сторону Килс'ташара, мы остались верны Первым. Ты удивишься, но я уважаю твою веру. Это выбор, правильным он был или нет, покажет время. Пока я вижу, что мы оба в проигрыше. — Тэл'Арак похрустел камешками в кулаке. — Но посмотрим правде в глаза — боги решали свои проблемы нашими руками — Ткавел давал урок сверх меры распоясавшемуся внуку, только и всего. Мы же, потакая его прихоти, захлёбывались в крови и зарывали друг друга в землю. — Он выставил перед собой руку, но кулак пока разжимать не спешил. — Мы закончим нашу вражду здесь и сейчас.
Реи-кану молчал.
— Это был вопрос, Ридатиар. — Тэл'Арак разжал кулак и продемонстрировал имуги то, что осталось от осколка — ладонь была полна каменной пыли. — От твоего ответа зависит, буду ли я говорить дальше.
«Я пообещаю Ридатиару свободу, — размышлял греол, — но если пообещать ему часть нового мира, он, думается мне, сделается куда сговорчивее, и с радостью поможет одолеть Таэм'Лессанта. Рано или поздно Властитель совершит ошибку, и тогда мы нанесём решающий удар».
Имуги поднял взгляд к небу. Там собирались темные тучи, их вислые подбрюшья были багряными от восходящего Лайса; одинокая птица парила высоко-высоко на грани неразличимого.
— Я готов, — ответил он.
— Ты понимаешь, что этот разговор должен остаться между нами? — сдвинув брови, проговорил Тэл'Арак.
— Само собой разумеется, — фыркнул Ридатиар, всем своим видом демонстрируя, что оскорблён даже намёком на недоверие.
— Я знаю, как твоему народу вернуться в мир, не нарушив при этом Шэр-Такского договора. Могу помочь выбраться из этого каменного мешка.
— Как? — с некоторым недоумением спросил Ридатиар.
— Зеркало Хора это Срез, я восстановлю его…
Он сделал паузу, хотел посмотреть какой эффект его слова произведут на собеседника, и не увидел ничего даже отдалённо напоминающего удивление или заинтересованность. Льдисто-голубые глаза Ридатиара были холодны и бесстрастны как снежные вершины Гроватта.
— Пройдя по водному пути, вы не нарушите Шэр-Такского договора. Вы клялись что никогда, не будь на то величайшего соизволения, не пересечёте черты, которой Тэннар обвёл ваши земли.
— Так и было.
— Пройдя сквозь Срез, вы не пересечёте ни одной из границ. Первые ничего не смогут с вами сделать, — Тэл'Арак протянул вперёд руку, и высыпал каменный песок на землю, — им не к чему будет придраться.
— То же самое мне постоянно твердит этот старый змей Оварт, — в задумчивости потёр подбородок Ридатиар.
— О чём ты?
— Он тоже постоянно говорит о том что, пройдя через Срез, мы не нарушим договора, и чтобы стать свободными нам всего-то и надо что починить Зеркало Хора. — Ридатиар прошелся от камня к камню. Он упёр каблук сапога в резной скол какой-то древней конструкции, торчащей из земли, и перекрестил руки на высоко поднятом колене. Длинные белые локоны упали на галиоровые кольца, украшавшие мощные предплечья имуги. Качнулось массивное самоа на цепочке — бычья голова с витыми рогами уставилась на Тэл'Арака надменным взором. — Вижу, ты удивлён больше моего, греол. Да, я знаю, что Зеркало Хора это водный путь, не ведаю только, как его восстановить и куда он ведет. Хотя какая разница, узнику всё равно в какую часть болота выведет его подкоп, если в итоге он получит долгожданную свободу.
«Интересно. Оказывается, всё это время Ридатиар знал, что зеркало Хора это Срез, пройдя сквозь который можно обрести долгожданную свободу для себя и своего народа, и ничего не предпринял, чтобы восстановить его?!»
— Ты пройдёшь сквозь зеркало Хора, даже если оно выведет тебя в опочивальню Тарк-Харласа?
— Особенно если он приведёт к Тарк-Харласу, — распрямил спину Ридатиар.
«Тем более мне непонятно твоё бездействие!»
— Вы поклялись не использовать Уино как оружие, — невзирая на внутреннее противоречие вызванное словами имуги, продолжил свою речь Тэл'Арак, — разве что для защиты сеперомов или собственной жизни, но ведь я и не предлагаю тебе использовать магию. Твои воины сильны и без неё. Живые доспехи не в счёт, это не оружие, а защита.
— А в чём твоя выгода, Тэл'Арак?
— Я освобожу твой народ, ты поможешь мне стать правителем моего.
— Только-то?
— Легко говорить с пренебрежением о том, чем уже обладаешь…
— То есть ты предашь Таэм'Лессанта?
— Без малейшего колебания.
— Когда-то он был твоим лучшим другом.
— Не знаю, как так получилось, но он им больше не является.
— Возможно, тебе претит эта мысль, греол, но в тебе есть что-то от настоящего слуги Килс'ташара.
— Я многогранная личность.
«Возможно, даже слишком многогранная, — мысленно повторился Тэл'Арак. — Странное дело: я готов доверять реи-кану больше, чем любому из греолов».
