Шарон задрал подбородок и заглянул в её раскосые, в буквальном смысле, глаза.
Накиза не была красавицей, более того она была страшна, и не будучи слепцом Шарон осознавал кто находится рядом, и его это вполне устраивало. Наличие лошадиного лица у неё компенсировалось красивым и упругим, везде, где нужно, телом, а так же множеством скрытых талантов, известных одному Шарону, и паре почивших в бозе неудачников, успевшим до него отведать сладкого накизиного тела. А ещё она умела убивать людей, была непритязательна в быту и не отличалась, обычным для всех её единоземок (а была она уроженкой Меноура), непомерной жадностью и занудством. Короче говоря, настоящая боевая подруга, ни больше, ни меньше.
— Иди, скажи там, — Шарон погладил её руку, — чтобы подали нам…
— Шарон!
Пять голов разом (четверо мужчин за столом и «красотка» Накиза), повернулись к двери, где только что возник толстяк Бэрстуд.
— Там Доу… Дарижар!
— Один? В «Колесе»?
— Нет. На развалинах.
— О как!
— Он вчера приехал, купил всё что нужно и ушел, а сегодня утром его один ухарь из местных видел, у ручья.
— Что он там делал?
— Умывался.
— Значит там и живёт, — хлопнул ладонь по столу Гулир — худой и невысокий эретриец, в черном гинторе одетом на голое как у обезьяны волосатое тело.
— На развалинах?
— Нет, в ручье! — Рука Шарона метнулась к Ферику, пальцы впились в шею, — он потянул его на себя. — Ну что я говорил? А ты: нет-нет, да на кой это Доу Дарижару нужно? А вот нужно! — Он захохотал и с силой оттолкнул противника по карточному столу, да так что тот не удержался и завалился вместе со стулом на пол, рассыпая карты.
— Ну чего ждёте? — крикнула Накиза, выхватывая рап-сах из заплечных ножен, — вам что, особое приглашение нужно? Пока Доу жив, нам ловить нечего!
— Думаешь, этот бешенный феа ещё здесь? — бросил карты на стол дауларец Хонрат. Лицо его скривилось в улыбке, и это, наверное, была самая хищная и кривозубая улыбка, что когда-либо посещала лицо человека, а возможно и зверя.
— А вот это мы сейчас и проверим, — Шарон застегнул пряжку ремня, поправил ножны, проверил, легко ли выходит клинок.
Остальные повскакивали из-за стола, похватали лежащие на скамье ножи, топоры, рап-сахи — по не писаным правилам за игровой стол при оружии не садись.
— Ну, молитесь, что б он ещё там был, — не пойми на кого рявкнул Шарон и зашагал в сторону двери.
— Они уже здесь, — промурлыкала Орини, проводя пальчиком по длинному кривому шраму на груди Доу Дарижара.
— Я чую, — отвечал феа шепотом.
— Тебе пора?
— Нет ещё, рано, — Доу ласково пробежал пальцами по ее обнаженному бедру. Большую половину тела Орини, покрывали пятнышки тиу, имитирующие шкуру древесной кошки. — Сделай всё, как мы договорились, милая.
— Хорошо, — податливо выдохнула она, — а когда это закончится, ты поиграешь со мной?
— Обязательно.
— Иди тогда, не смущай меня, а то разозлюсь и пристрелю кого-нибудь раньше времени.
— Тоже мне — «престрелка» нашлась, надень что-нибудь…
— Зачем? Тут кроме нас нет никого, сельские сюда не заходят.
— Оденься, а то все свои прелести тетивой окорябаешь.
— Прелести у меня миниатюрные, — игриво промурлыкала Орини, и завертела плечами, демонстрируя свои аккуратные грудки, пятнистые от кошачьих тиу.
— Пора. — Доу встал, натянул штаны, взялся за сапоги. — Оденься, дурочка.
— Нет, — огрызнулась она, но тут же переменилась и согласно закивала. — Конечно оденусь, за кого ты меня принимаешь?
— За маленькую, глупенькую, девочку, — сказал Доу, отдельно выделяя каждое слово. — Ну всё, я пошел.
— Погоди! — Она притянула его к себе и лизнула в щёку, ну прям как кошка. — Будь осторожен, любимый.
Он ничего не ответил, и ничего с собой не взял, как был в штанах и сапогах, голый по пояс, шагнул на табурет, с него в оконный проём и дальше…
Орини не успела ещё подойти к окну, как услышала воинственные крики охотников за головами, а когда выглянула, увидела бегущего к лесу Доу и веер из пяти рассыпавшихся по полю преследователей, которые вмиг позабыли о развалинах и устремились в погоню.
«Пятеро… — задумалась Орини, — а должно было быть шестеро…»
— Ну что же, пора и мне на охоту. — Она взялась за лук, но скрип лестницы за спиной заставил её обернутся…
Они гнали Доу как гонят волка, ломились с шумом и ором, способным всполошить всё селение. Их пятеро — он один, и ничего что феа стоил их всех, не в поле же, не полуголый да безоружный.
— Стой, Дарижар! Остановись, хуже будет!
«Да? Вот это новость!»
