Фоном в её голове всегда стоит идиллическая картинка: вот он, дом, её дом. Преобразившийся, живой, светлый. Из мечты я стал для неё целью, и все разговоры, любую новую информацию она воспринимает через призму конечного итога – пригодится или нет. «Зачем мне эта информация? – думает она. – Амаранта рассказала просто так, но мне это может пригодиться… Чтобы понять, как быть?». Нина настолько увлечена своей идеей, что и переводы делает через силу. Вообще-то, в её характере выполнять обещания. Теперь же она делает свою работу, лишь бы отвязаться. Как только закончит текст, с силой закрывает крышку ноутбука, шумно выдыхает и бежит ко мне. Не переводами она дышит, а мной, мечтой.
– О том, как важно иметь поддержку в своих начинаниях, Костанте, – Нина многозначительно, но коротко глянула на мужа, не ожидая продолжения.
– Значит, затею с домом деда Джузеппе ты всё никак не оставишь…
– Нет, не оставлю, – спокойно подтвердила Нина. – Если не получится, значит, не получится. Но когда не получится, я хочу знать, что сделала всё, что могла.
Костанте сжал зубы и ничего не ответил. Он понял, что жена стала одержимой своей идеей. Остаток пути до дома они не сказали друг другу ни слова, поочерёдно давая указания Алессандро не убегать далеко, не пинать мяч в чужие дворы, смотреть под ноги… Костанте очень терпелив, ему не трудно ждать, когда жену отпустит блажь. Он не верит в возможность распутать этот узел, так что особо не переживает.
Единственное, что его злит – ставшая слишком тесной связь Нины с Адрианом. Она проводит с ним больше времени, чем дома. Конечно, всё, что от неё требуется по хозяйству и в воспитании сына, она выполняет. Но как только освобождается, бежит из дома прочь. Костанте понимает, что их с женой интересы разошлись в разные стороны, и боится её потерять. Он чувствует, что она ускользает. Что влечёт её что-то другое – за пределами семьи. Он не может её отпустить, развод для него – дело немыслимое. Они уже дошли до своего дома, Нина искала по карманам ключи. Костанте решил спросить прямо:
– Ты изменяешь мне с Адрианом?
– А… – Нина осеклась и сдвинула брови, уставившись на мужа. В своей увлечённости идеей, она перестала быть осмотрительной. Совсем не думает ни о том, как её дружба с Адрианом выглядит со стороны, ни о чувствах Костанте. Все мысли крутятся вокруг меня, она ищет пути решения трудной задачи. Вопрос её обескуражил. – Нет, конечно! Придёт же такое на ум…
Это правда. Даже сама Нина не считает свои отношения с Адрианом изменой. Поцелуй в оливковой роще – не в счёт. Костанте предпочёл поверить жене и зашёл в дом. Нина осталась полить цветы в патио.
Она видит в Адриане единомышленника, друга, необходимую поддержку, но не больше. Хотя и отдаёт себе отчёт в том, что сердце стало биться слишком сильно при его появлении, и что она ищет встречи с ним, сама, впрочем, ни на чём не настаивая. Ей нравится говорить с ним, слушать его, смотреть, как перекатываются мышцы и блестит от пота спина, когда он работает во дворе. Он подкупает её своей демонстративной верой в затею, вселяет надежду на успех.
Как-то он сказал ей, что если Мирко разрешит начать работы, то он возьмётся. Нужен будет проект, стройматериалы, но он и его бригада своё дело сделают. А оплата… подождёт. Нине показалась странной такая щедрость. Строительные работы в Италии стоят дорого. Зачем Адриану тратить время, читай – деньги, на то, что не принесёт прибыли сразу? Впрочем, она поспешила объяснить это себе особым отношением к ней Адриана и его небедственным положением хозяина строительной фирмы. Но вот стройматериалы.… Где найти деньги?
Вечером Нина, как обычно, уложила сына спать и спустилась вниз, на кухню. Костанте сидит за столом и вертит в пальцах тонкую ножку хрустального бокала. Молча смотрит на блики в рубине вина. Он выключил яркое освещение, оставив только приглушённый свет торшера. Взглянул на Нину, достал ещё один бокал, налил вина. Нина закуталась в лёгкий плед и устроилась за столом напротив мужа. Из открытого окна доносятся неясные звуки ночи, на стене тикают большие часы.
– Я помню, как ты радовалась, когда приехала в Италию впервые, – начал Костанте, не глядя на Нину. Та медленно кивнула, скорее, себе самой. – Куда делась эта радость?
– Наверно… – Нина собралась с духом. – Наверно, я ошиблась в выборе страны. Мы ошиблись.
– Так что… – пауза затянулась. – Ты хочешь вернуться назад?
– Сложный вопрос. Ты же понимаешь, что я уеду не одна? Мой сын – это мой сын, его не оставлю.
– Это и мой сын тоже! – вскипел Костанте. Давно терзавшие его внутри гнев и непонимание, стали прорываться наружу. – Если тебе уж так хочется, ты – ты! – можешь и уехать. Даже завтра! Но он останется.